ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Точка загрузки – 1060 год… Закат эпохи викингов, рассвет эры рыцарства. Князь Готшалк собирает племена полабских славян в Вендскую державу, а слава о пиратах с Руяна гремит по всему Варяжскому морю. Харальд Суровый воюет с датчанами и давит сопротивление норвежских викингов, а Вильгельм Нормандский грезит об английской короне. Целая череда кровавых войн, громких сражений и предательств необратимо изменят историю Англии и Норвегии, станут роковыми для полабских славян – и именно в этот клубок попадает Роман Самсонов…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чую, сеча будет жаркой… Храбр, Горыня (забавно, что ближников я продолжаю именовать старыми, славянскими именами – наверное потому, что именно с ними я ребят и запомнил, в то время как остальных с самого начала звал крестильными) – вам придется разделиться и гнать ко мне всех, кого сумеете выцепить из поселения. Постарайтесь найти Деяна! Я буду вести людей к причалам, но не стану спешить – двумя десятками с целым хирдом ничего не сделаешь. Только головы сложим зазря… Но поторопитесь! Чую, люди уже в грабеж втягиваются, и удар свежих сил свеев для них будет смертелен.

Ближники кивнули, и подхватив щиты и сулицы, бросились к пока еще открытым воротам. Я же обратился к Будивою:

– Ну что, друг мой, найдется твоим стрелкам сегодня работенка… Бери с собой девять человек – есть у меня одна задумка…

Наперерез мне неожиданно захромал, опираясь на палку, Гуннар:

– А что же со мной, ромей? Ты же обещал, что поставишь меня над селением, сделаешь ярлом? Но вместо этого позволил своим людям начать грабить моих!

Я холодно посмотрел в глаза старого свея:

– Как-то ты поздно опомнился. Чего раньше молчал, когда варяги только пошли в «твой» городок? И если ты не забыл, Гуннар, наш уговор был заключен до того, как Хакан вновь привел хирд под Выши, а «мирные» карлы напали на охрану моих кораблей с оружием в руках. Очевидно, что я уже не в силах выполнить свое обещание.

Лицо старика – а несостоявшийся убийца, такое ощущение, прибавил лет десять с момента нашей первой встречи, – все побелело, а губы его задрожали:

– Ты бесчестен, ромей! Ты нарушил свое слово!

Я лишь усмехнулся. Чего слушать возможно и славного в прошлом воина, коего теперь сломали выпавшие на его долю трудности, пришедшиеся на закат жизни? Пусть сейчас он и пересилил, наконец, свой страх с помощью гнева и отчаяния – но в тот миг, когда я разрешил варягам спуститься в поселок и грабить, он не посмел возразить, убоявшись, что станет первой жертвой… Ведь тогда всю дружину переполняла жажда мести за Ратибора! Но тогда же его слова еще могли повлиять на мое решение… А теперь чего вскидываться?

– Этого также не забудьте связать вместе с челядью!

…Плотной группой из пятнадцати человек мы преодолели уже половину пути с холма, когда драккар ткнулся в пристань – совсем рядом с «Морским змеем» и кнорром. И воины из десятка охранения не придумали ничего лучшего, как вступить в бой с противником, превосходящим их числом раз в пять.

Вот нас уже и начали бить по очереди…

И что хуже того, я также разглядел группу из еще человек двадцати варягов и славян, уже спешащих на помощь боевому охранению, вступившему в бой у кораблей.