Я закрыла глаза, чтобы отгородиться от его гнева и эмоций, которые испытывала сама.
— Посмотри на меня, Иден. — Его убийственно спокойный тон заставил меня открыть глаза и посмотреть на него.
— Когда я уберу руку, Иден, мне нужно, чтобы ты не кричала. Кивни, если поняла. — Я почувствовала запах огненного шара в его дыхании, и его слова были невнятными. Я мысленно застонала. Кинг был непостоянен, когда трезв; он груб, когда пьян.
Несмотря на страх, мои внутренности покалывало.
Я кивнула головой, хотя, как только он убрал руку, я планировала закричать достаточно громко, чтобы разбудить мертвого, и он знал это. Он знал меня слишком хорошо.
Он протяжно вздохнул, затем сжал мою челюсть, впиваясь пальцами в лицо и успокаивая голову. Он усмехнулся, но его тон был ровным, когда он сказал:
— Твоя мать внизу со всеми нашими родственниками. Если ты закричишь, они прибегут, и все увидят твоего старшего брата с членом, засунутым по самые яйца глубоко в тебя. Этого ты хочешь? — Он раздвинул коленями мои ноги.
Внезапно я услышала голоса и музыку внизу. Мама собрала всех, чтобы приветствовать своего Кинга дома, как будто он был настоящим королем, а мы не находились в эпицентре пандемии.
Мне было бы все равно, если они узнают. Он не был моим настоящим братом. Мы не были связаны одной и той же кровью, у нас даже не было общей расы, но все равно отчаянно замотала головой:
— Нет. — Мне и так хватало проблем, и добавлять к этому списку еще и клеймо, что я трахалась со своим сводным братом, не хотелось.
— Теперь, когда мы пришли к пониманию…
Он почти с любовью провел губами по моей челюсти, щеке, потом по губам. Мое тело предало меня. Я обмякла. По собственной воле мои ноги раздвинулись шире, чтобы принять его. Он удобно устроился между ними, как будто это было его законное место.
Поскольку я спала обнаженной, нас разделяла лишь тонкая простыня, которую я натянула на себя. Я пыталась игнорировать ощущение его твердого члена, упирающегося мне в центр киски, но не могла. Понадобилось все мое мужество на то, чтобы не вцепиться в него. На лбу выступил пот.
— Теперь можем поговорить. — Его голос был низким и опасным.
Как только он убрал руку, я открыла рот, чтобы закричать. И тут же пожалела об этом. Он обхватил рукой мое горло, ограничивая возможность глотать и дышать. Я не могла произнести ни звука. Я запаниковала и начала всерьез бороться, но ничего не получалось, так как одна моя рука была зажата под мышкой, а другая — в его хватке.
— Тсс, тсс-тсс, по-прежнему чертовски упряма.
Его хватка на моей шее стала еще крепче, и я поняла, что она не ослабнет, пока он не получит желаемого.
— Мне жаль, — удалось выдавить из себя.
Он не спешил отпускать меня. Когда его рука исчезла, я глубоко вздохнула.






