Его взгляд то и дело метался с меня на пистолет, как будто он раздумывал над тем, как выбить оружие.
Кинг рассмеялся, привлекая мое внимание.
— Когда я сказал тебе держаться от него подальше, это было для твоего же блага, — сказал он со снисходительной ухмылкой на губах. — Наш вундеркинд — местный ублюдок, в прямом смысле этого слова. Задолго до того, как я узнал, что он интересуется тобой, я видел, как он входил и выходил из отеля, в котором я обосновался, со всеми местными «пумами»
, (охотница за молодыми мужчинами, чтобы заниматься с ними сексом. Таким женщинам от 30 до 45 лет примерно)
и твоя мамочка была одной из них. Я сказал ему, держатся от тебя подальше, иначе будут последствия. — Кинг вздохнул и с усмешкой посмотрел на Эллиса. — Но твой муж любить рисковать.
Я сделала неуверенный шаг назад, подняла руку и помассировала виски, пытаясь унять мигрень.
— Ты хочешь пристрелить его? — нетерпеливо спросил Кинг.
Я в ярости уставилась на него, а в голове все время всплывали воспоминания, как мама приезжала ко мне. Они с Эллисом вели себя как влюбленная пара. Особенно запомнился один инцидент. Мне не спалось, поэтому я встала, чтобы выпить стакан воды. Я застала Эллиса выходящего из гостевой комнаты, где она спала, примерно в четыре утра. И тогда все сомнения улетучились. Мне стало плевать. Теперь я чувствовала себя грязной.
— Ты знал все это время? — спросила я Кинга тихим голосом, потому что это все, что я смогла выдавить из себя, так как к горлу подступила желчь. Меня вырвало. Мы спали с один и тем же уродом.
Прежде чем Кинг ответил, я повернулась к Эллису, и наши взгляды встретились.
Мне нужны были ответы.
— Почему ты женился на мне? Зачем принуждал остаться?
Он покачал головой.
— Я даже не знал, что она твоя мать, до дня свадьбы. После того, как я понял, то остановился. Это продолжалось до тех пор, пока она не рассказала мне о твоих тайных звонках и визитах к нему, — выплюнул он. — Она хотела меня, а ты — нет. Не тогда, когда твой Кинг был в городе.
— Какие еще тайные звонки и визиты? Не было никаких визитов или звонков, — прошипела я. — Моя мама? — Я осознала, что мне нужно уходить, пока окончательно не сошла с ума. — Все вы, черт возьми, спятили.
Я сделала шаг, чтобы выйти из кухни, но Кинг схватил меня за плечи.
Он снова направил на меня пистолет. Я посмотрела на пистолет в руках Эшфорда, такой блестящий и черный. И оцепенела. Мне захотелось застрелить Эллиса. Я мечтала убить его. Четыре года он бил меня, высмеивал и унижал. Его родители тоже насмехались надо мной, когда он сказал им, что из-за меня у них нет внуков, хотя дело было не во мне. Он знал это, и вдобавок ко всему трахал мою маму.
Я взяла пистолет. Он ощущался тяжелым в моей руке. Я была почти заворожена этим ощущением.






