Но не успел он произнести и половины заклинаний, как окно в зале с громким треском распахнулось, а ворвавшийся ледяной ветер погасил огонь в курильнице и окатил Эжж'и'лера россыпью холодных брызг. Маг бросился к окну, чтобы закрыть его, но оказался свидетелем невиданного доселе зрелища: ярко-жёлтая молния, промелькнув совсем близко, не исчезла, как другие, а свернулась тугой спиралью и расположилась на манер лестницы, опустив хвост на подоконник. Маг отшатнулся, творя заклинание защиты. Тут же его тело окружил едва заметный синеватый кокон, пробить который не смогло бы даже самое острое копьё. На дальнем конце молнии появился юноша, одетый в одежды из струящегося золота, в золотой диадеме и плаще чёрных кудрей. Одним взмахом руки разбил он защитный кокон Эжж'и'лера, быстро, почти вприпрыжку спустился по лестнице и остановился на подоконнике.
— Привет, — его улыбка обжигала сердце, как крутой кипяток. — Надеюсь, мне не нужно представляться?
Великий Магистр с достоинством склонился в почтительном поклоне:
— Приветствую тебя, Харр'изис, повелитель Мира Забвения.
Бог спрыгнул с подоконника и взлетел под потолок. Впоследствии Эжж'и'лер усвоил, что в этом облике тот чувствует себя лучше, болтаясь в подвешенном состоянии, чем ступая по земле. Они быстро поладили. Харр'изис был столь же честолюбив, как и его магистр…
— Слабое место в моём плане, — продолжал начатый ранее разговор Харр'изис, — нужный человек в районе древнего города.
— Владыка, смею уверить, как раз это не проблема, — губы Великого Магистра растянулись в улыбке от осознания того, что может помочь любимому учителю. — В районе С'мангора, как раз находится один из моих наблюдателей. Я даже хотел его на днях отозвать, так как пребывание там стало уже бессмысленным.
— Он надёжен? — бог взмыл под самый потолок.
— Не сомневайся, Владыка. Я доверяю ему как самому себе.
— Тогда почему держишь в таком месте? — на лице Харр'изиса отразилось удивление.
— Ну… был один случай, — замялся Эжж'и'лер. — Кое в чём меня разочаровал. Пришлось наказать. Но не сомневайся, Владыка, он мой лучший ученик и верен, словно пёс.
— Хм… — Харр'изис задумался. Подлетев к ближайшему канделябру, он зачерпнул ладонью пламя, податливо перетёкшее в руку бога. Словно воду, стал переливать его из ладони в ладонь. Сотворив из огня цветок, установил его обратно в канделябр и, решившись, проговорил:
— Передай ему — в день затмения Иссилы, неподалёку от С'мангора, будет проведён ритуал.
— Мне стоит знать больше, Владыка? — уточнил Эжж'и'лер, подавшись в сторону собеседника.
— Безусловно. Ритуал носит древнее название «призвание стихий»…
— Не продолжай, Владыка, — перебил маг. — Я знаком с этим ритуалом.






