ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Драконы существовали с незапамятных времён и живут до сих пор, но обособленно, погрязнув в кланах и традициях. Эния живёт в мире людей, но понимает, что она Дракон. Она никогда не сталкивалась ни с кем из себе подобных и не помнит прошлого, но жаждет узнать больше о себе. Внезапно Эния сталкивается с самонадеянным, старомодным байкером, который скорее потребует информацию, чем предоставит. Вон, дракон-оборотень и президент Подразделения Драконов, был лидером своего клана на протяжении десятилетий. Его клан сталкивается с проблемами из-за традиций, которые усложняют само их существование. Когда Вон узнает об ужасающем факте существования полукровки, твёрдо намерен разобраться с этой мерзостью; ибо Дракон должен быть чистокровным. Дракон-оборотень непреклонен, упрям и вспыльчив, хотя эволюция может заставить увидеть причину в хаосе. Могут ли древние традиции противостоять современности? Или члены клана предадут, не оставив Вону и Энии другого выбора, кроме как бороться за право на существование?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Всё хорошо, — говорит Полина, закидывая рюкзак на плечо. Она указывает на лицо Энии и хихикает. — Я вижу все эти блёстки, о которых ты упоминала ранее. На этот раз он коснулся не только твоего запястья, да?

Лусио подходит к Полине, забирает рюкзак и легко добавляет:

— Ты больше не будешь работать.

— Что? — выкрикивают Эния и Полина.

Лусио пожимает плечами.

— Женщины-драконы сидят дома, пока мы заботимся об их нуждах.

Полина вырывает свой рюкзак у Лусио.

— Ну-ка, подожди. Ты не можешь серьёзно относиться ко всей этой штуке «место женщин на кухне».

Эния упирает руки в бёдра, а в её глазах бушует буря, указывающая на то, что она вот-вот даст волю гневу. Рассказ о нашем образе жизни определённо вызовет ещё больше гнева и вопросов, поэтому это нужно прекратить.

— Мы обговорим это позже, — огрызаюсь я, поскольку гнев Энии полностью направлен на меня. Эта женщина выбивает из колеи, и заставляет добавить: — Драконы живут по древним традициям, которые отличаются от человеческих стандартов и их трудно понять. Мы всё объясним, но нужно вернуться в безопасность нашей деревни.

Эния прищуривается.

— Как я уже упоминала, у меня нет работы. Полина, с другой стороны, стажёр. Ей нужно работать, потому что она делает чертовски много хорошего на этой земле, и малыши нуждаются в ней.

— Малыши? — спрашивает Лусио.

Полина краснеет и застенчиво отвечает:

— Я почти закончила двухлетнюю стажировку в детской хирургии. Я усердно работаю, чтобы стать хирургом-неонатологом.

Лусио поворачивает ко мне голову и говорит на древнем языке:

— Совпадений не бывает.

— И что это значит? — спрашивает Эния, переводя взгляд с меня на Лусио.

Мы с Лусио молчим, потому что должны обсуждать дела клуба и клана между членами, и не перед теми, кто является предметом обсуждения.

— Ну? — настаивает Эния. — Я знаю, что совпадений не бывает, а вы пришли сюда, моя подруга пара твоего приятеля… целая куча совпадений. Теперь… объясни.

Я подхожу ближе к Энии, вторгаясь в её личное пространство, и позволяю магии просочиться в слова, чтобы добиться от неё честности — не зная, оказывает ли моя магия на неё какой-либо эффект:

— Ты понимаешь, что я говорю?

Она выгибает брови.

— А почему нет?

Полина ахает.

— Срань господня, — шепчет Лусио.

— Что? — спрашивает Эния, говоря по-английски. Она не понимает, что отвечает на нашем языке.

Я бросаю взгляд на Лусио, чтобы сказать всем:

— Родители говорят на языке Драконов только со своими детёнышами. Я полагаю, это логичное объяснение того, почему она перешла на наш язык.

Эния раздражается.

— Я не перехожу на твой…

— Ты это сделала, — говорит Полина с лёгким благоговением в голосе.

— Тем больше причин, по которым нам нужно уехать и узнать о тебе всё, что можем.