ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он может позаботиться о моем «женском саде». Айрис Мой план предельно прост. Я хочу восстановить сад моего дедушки в прежнем великолепии, чтобы удивить бабушку. Мне не к кому обратиться, кроме как к Луке Сандерсу, местному ботанику, моему соседу и, учитывая один неприятный казус, закоренелому ненавистнику Айрис Дженкинс. Лука умен, сексуален и мрачен… смертельная комбинация для моих трусиков. Но чтобы добиться его помощи, я должна доказать Луке, что совсем не та девушка, за которую он меня принимает. Лука Четыре года я старательно избегал Айрис Дженкинс. Она думает, что это из-за того случая. Айрис незачем знать, что большую часть ночи я провожу в фантазиях о том, как поливаю ее «цветок»… бессчетное множество раз. Ботанический сад Уиллоудейла находится на грани разорения, и Айрис — единственная, у кого достаточно денег, чтобы его спасти. Я сделаю все для «Сада», даже если это будет означать работу по восстановлению семейного парка Айрис — женщины забавной, умной и слишком сексуальной. Чем больше времени провожу с Айрис, тем сильнее убеждаюсь, что она та, кто мне нужен. Но мы с Айрис — полные противоположности. Все происходит в реальной жизни, а не в чудесной сказке. Разве могут два совершенно непохожих человека обрести вечность вместе?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Боже правый, кто бы мог подумать, что пах может так невыносимо болеть, — простонала она, кривясь.

Я стиснул зубы, когда ее задница прижалась к моей промежности. Мой член уже напрягся, и я поспешно отступил назад, оставив Айрис опираться на калитку.

Отчаянно желая отвлечься, я поднял пластиковый контейнер, лежащий на краю клумбы, и изучил конверт, приклеенный сверху.

— Что это?

— Я испекла для тебя печенье, — неожиданно заявила Айрис.

— Зачем? — недоуменно поинтересовался я.

Она нахмурилась.

— Потому что я хороший человек?

— Хороший человек не станет перелезать через забор на задний двор соседа, — возразил я, хмурясь.

— Я пыталась воспользоваться калиткой, но засов проржавел, так что… — Айрис замолчала, уставившись на висячий замок на задвижке. — Черт. Ты ее специально запер? Лука, тебе не кажется, что с безопасностью дома ты несколько переборщил? Я понимаю, в нашем районе стали воровать посылки, но все не так страшно.

— Скажи это моему вьющемуся флоксу, — проворчал я.

Айрис посмотрела на сплющенные кустики, их ярко-розовые цветы были раздавлены и измяты, а затем бросила на меня взгляд, полный раскаяния.

— Мне очень жаль. Я не хотела…

— Вламываться на мой задний двор?

— Ты игнорируешь меня, — мрачно сказала Айрис. — Я пыталась поговорить с тобой в «Садах», и каждый вечер на этой неделе стучалась в твою дверь, но ты отказывался отвечать. Что мне оставалось делать?

— Могла бы не перелезать через забор в мой частный двор, — возмущенно ответил я.

— Мне очень жаль, ладно? — Она сложила руки на своей пышной груди и одарила меня взглядом, способным содрать краску со статуи. — Я и подумать не могла, что ты чертов нудист. Если бы знала, не стала бы заходить к тебе во двор без предупреждения.

— Ты не зашла, ты вломилась, и я не нудист, — сердито выпалил я. — И ты снова уничтожил мои вьющиеся флоксы. Может скажешь, что ты имеешь против флоксов?

— Это был несчастный случай! — горячо запротестовала она. — И я заплачу за твои дурацкие растения, как и в прошлый раз, когда я их испортила!

Набрав в грудь воздуха, Айрис схватилась за ручку и принялась остервенело ее трясти.

— Может уже откроешь, чтобы я могла отсюда поскорее убраться?

— А как же твоя нога? — Несмотря на раздражение, мне не нравилась мысль о том, что Айрис будет истекать кровью и хромать домой.

Она посмотрела на свою кровоточащую ногу и позеленела еще больше, а потом уткнулась в локоть.

— Перестань смотреть на ногу, — велел я. — Пойдем со мной, я почищу и перевяжу рану, а потом помогу тебе добраться до дома.

— Нет, спасибо, — решительно отказалась она.

— Тебе нужна помощь, — настаивал я.

— Я в порядке.

Я сурово уставился на Айрис.

— Ты даже идти не можешь.

— Я прекрасно могу ходить, — отмахнулась она.