— Ответь на мой вопрос, Маркус, и, возможно, я рассмотрю возможность позволить тебе увидеть их снова.
— Все, что хочешь, чувак, — отвечает он и смахивает слезы. Мне становится интересно, скольких женщин он заставил чувствовать себя в таком же положении? Небезопасно, загнанно и запуганно.
— Кто убил Пенелопу Уайльд? — спрашиваю я, делая последнюю затяжку сигаретой, и жду, пока он соизволит заговорить.
— Что? Я даже не знаю, кто это… — кричит он, когда я хватаю его за лицо. — Стой, стой! Дай мне подумать!
— Думай быстрее, — спокойно отвечаю я и прижимаю тлеющий бычок к его щеке.
— Я знаю имя, но я никогда не прикасался к ней! — испуганно кричит Маркус и его лицо бледнеет от боли. — Она была частью инициации. Участник, который привел ее, желал достигнуть определенного положения и статуса в группе. С ней у него получилось.
— Какой участник? — рычу я.
— Я не знаю, чувак! — он начинает рыдать.
Кажется, эта информация ценна так же сильно, как и его жизнь.
— Положи свою руку на мою.
— Ч-что?
Я тыкаю его в лицо пистолетом.
— Живо.
Он кладет свою руку на мою. Я мог бы позволить ему сделать это самому, но его слишком сильно трясет.
— Открой рот.
— Нет, — рыдает он. — Прошу…
Пока он умоляет, я втыкаю ствол ему в рот. Он давится, а я ухмыляюсь.
— Твоим жене и детям будет лучше без такого монстра.
Я нажимаю на курок, — забираю его жизнь, как он забрал у многих других. Выхватив фальшивую визитку из его куртки, чтобы не оставить следов, я снимаю перчатки и засовываю их в карман, прежде чем выйти из переулка. Пенелопа была подарена члену банды торговцев людьми для какой-то инициации. Тео использовал ее, чтобы проявить себя. Это означает, что кто-то другой управляет делами. Майкл никогда не был лидером.
Океан бушует, волны плещутся у обочины и переливаются через ограждение, пока я возвращаюсь домой. Не может быть, чтобы я что-то упустил. Мы с Санни потратили годы на сбор информации. Майкл был вторым самым богатым человеком в Уиллоу-Хайтс. Если есть кто-то выше в этой цепочке, все может быть гораздо хуже, чем мы думали. Не просто сеть торговцев людьми, а целое предприятие.
Дома я нахожу Санни на кухне, поглощающим бублик. Он откидывается на спинку стула, рыгает и закатывает глаза, когда видит несколько капель крови, забрызгавших мою белую классическую рубашку.
— Надеюсь, кровь не твоя?
— Ни в коем случае, — отвечаю я, бросая куртку на спинку стула. — Есть что-нибудь о Тео?
— Неа, — говорит Санни, вытирая лицо скомканной салфеткой. — Все еще прячется в частном номере на горе Гардиан.
— Хорошо, — я не жду, пока он допьет кофе, прежде чем сообщить. — Я убил Маркуса Уиттиера.
Санни вскакивает, откидывая стул позади себя.
— Средь бела дня?
— Это было скрытное место. Переулок рядом с «Preston».
— Хватит херни с переулками, Джо.






