ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

История об одном из первых "пилотных" участников проекта "Стеллар", его обучении и участии в событиях во время прихода Черной Луны. "Знаете, Профессор, я всегда доверял расчету больше, чем прыжку веры, и уж точно не безрассудству. Но сегодня стал свидетелем того, как моим друзьям выпал шанс, который в математическом расчете - мельчайшие доли процента. И я нахожусь в больших раздумьях, как вы говорили, о том, какой мой жизненный путь." Титан Inferno История об одном из первых "пилотных" участников проекта "Стеллар", его обучении и участии в событиях во время прихода Черной Луны. "Знаете, Профессор, я всегда доверял расчету больше, чем прыжку веры, и уж точно не безрассудству. Но сегодня стал свидетелем того, как моим друзьям выпал шанс, который в математическом расчете - мельчайшие доли процента. И я нахожусь в больших раздумьях, как вы говорили, о том, какой мой жизненный путь." Титан Пролог На уже не красной планете, под блестящими куполами терраформирующих комплексов, поддерживающих атмосферу, подобную Земной, в одной загородной резиденции, на террасе сидел человек. Темный-алый бархат плаща, накинутого на высокую спинку кресла, оттенял простую, светлую, удобную, свободную одежду. Так одевается большинство на Марсе. Он смотрел по видеостолбу, дающем эффект 100% присутствия, запись, сделанную с некоего симпозиума, где один очень уважаемый Профессор, выступая перед аудиторией, нес свет высокой мысли о новых вехах в мире цифрового развития цивилизации: “.. мы стоим на пороге ве

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Уже, практически, развернул в нашу сторону “Карронаду”. Сверху захлопали разрывы от зениток. Merde! Как бы нас не загнали в ловушку. Мысли пролетали в моей голове со скоростью света.

Цель захвачена. Выходя из виража, мы выравниваем машины. Николай закончил маневр чуть выше, идет прямо под следами от зениток. Задираю слегка нос флаинга. Пуск. Навстречу летит ответ “Микадо”. Как бы аккуратно я не старался провести маневр на атаку, но выбраться из клещей уже не смог.

За секунду я увидел дымный след от наших ракет, как мастерски Николай отвернул свою машину от разрядов “Карронады”, как когитор подсветил схождение ракет с целью и как голубой импульс плазмы начинает накрывать мою кабину. В долю мгновения осознал, что наши выстрелы достигнут цели, но мне уже не хватит реакции отвернуть. И в туже секунду в меня плеснуло высокотемпературное облако всепожирающего пламени.

Я услышал работу сервоприводов, крышка VR—капсулы открывалась. Инстинктивно поднес руки к лицу. Фух. Это было круто! В глазах еще стояла синяя ярчайшая вспышка.

Проморгавшись, я перевел дыхание, начиная ощущать внутренний подъем, от осознания победы. Как начало отпускать, спадала напряженность и уходил мандраж, уступая место необычайной легкости. Отметил внутреннее удовлетворение от завершенного полета и выполненного задания на экзамене, несмотря на потерю флаинга. И сейчас, во всей мере ощущая, что у меня будто гора свалилась с плеч. Я вылез из капсулы и встал рядом с ней.

— Что курсант, неприятные ощущения? — спросил экзаменатор, поблескивая бионически усиленными глазами. Такие есть лишь у полевых офицеров. Было понимание о том, что передо мной не штабной тыловик. Лычки на его форме говорили, что это Легат-стратег.

Я бросил взгляд на внешние мониторы над его столом, на паузе одного из них висел кадр, как плазма прожигает кабину моего “Когтя Кречета”, он весь бой, конечно, просматривал.

— Да, сэр. Так точно. Неприятные. — ответил я по уставу, мельком глянув на VR—капсулу ведомого, у которой пока еще даже не начала подниматься крышка.

— Реализм на уровне 50% достаточен, чтобы ощутить кожей влагу или испытать удушье. Но мало, чтобы мозг принял за правду ожог или получить спазмы нервных окончаний. Расслабьтесь, курсант, вы хорошо поработали.

Ожидая завершения экзамена, я разглядывал уже ставшие родными стены большого зала VR-тренажеров. Широкие экраны вдоль стен со схемами различной техники, перелистываемой сейчас в демо-режиме. Трехмерные карты Земли и околоземного пространства до нижних орбит. Правила полетов. Под потолком мерцают синим и зеленым голограммы тяжелых крейсеров, эсминцев, линкоров.