ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

История об одном из первых "пилотных" участников проекта "Стеллар", его обучении и участии в событиях во время прихода Черной Луны. "Знаете, Профессор, я всегда доверял расчету больше, чем прыжку веры, и уж точно не безрассудству. Но сегодня стал свидетелем того, как моим друзьям выпал шанс, который в математическом расчете - мельчайшие доли процента. И я нахожусь в больших раздумьях, как вы говорили, о том, какой мой жизненный путь." Титан Inferno История об одном из первых "пилотных" участников проекта "Стеллар", его обучении и участии в событиях во время прихода Черной Луны. "Знаете, Профессор, я всегда доверял расчету больше, чем прыжку веры, и уж точно не безрассудству. Но сегодня стал свидетелем того, как моим друзьям выпал шанс, который в математическом расчете - мельчайшие доли процента. И я нахожусь в больших раздумьях, как вы говорили, о том, какой мой жизненный путь." Титан Пролог На уже не красной планете, под блестящими куполами терраформирующих комплексов, поддерживающих атмосферу, подобную Земной, в одной загородной резиденции, на террасе сидел человек. Темный-алый бархат плаща, накинутого на высокую спинку кресла, оттенял простую, светлую, удобную, свободную одежду. Так одевается большинство на Марсе. Он смотрел по видеостолбу, дающем эффект 100% присутствия, запись, сделанную с некоего симпозиума, где один очень уважаемый Профессор, выступая перед аудиторией, нес свет высокой мысли о новых вехах в мире цифрового развития цивилизации: “.. мы стоим на пороге ве

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я остался в огромной комнате один и опустился обратно в кресло на все так же висящей в воздухе платформе под нависающим сверканием бирюзовых сот. Прошло еще пару минут и аппаратура тоже начала истаивать, исчезать: сначала мелкие предметы, потом медицинский саркофаг, затем более крупные узлы и агрегаты, исчезло оборудование, мебель из комнаты - все, кроме моего кресла и платформы с куполом… Я продолжал сидеть, флегматично отслеживая истаивающие паутинки программного кода в воздухе, словно прилипшие к аппаратуре, и переваривал произошедшее, всматриваясь в свои воспоминания и держа в руках подаренную Профессором батарейку. Я смотрел в окно от пола до потолка, за которым еще сияло вечернее, в красных тонах, заходящее за облака, Солнце. Касаясь своими теплыми лучами, светило заставляло щуриться, оставляя тонкие щелочки еле открытых глаз. Сквозь ресницы было видно, как оно рассыпается пятнышками, проходя остекление, словно тогда, на экзамене…

Интерлюдия Экзамен

Восстановление данных…

Дюжина бойцов противника, хорошо вооруженных и экипированных, в кидо и шлемах, оставляющих открытыми только глаза, выпрыгивали из ховеров с края поля, с ходу ведя огонь по нам. Они разбились на группы по трое, вытаскивая боксы со снаряжением из “Глайдеров”, бегом занимали позиции. Merde!

Это подстава, целая ала против нас двоих. Легат-стратег, проводящий наш экзамен, что-то там лишнего накрутил у себя, выставив на старте экзамена условия, максимально приближенные к боевым.

— Бегом, Сави! — перекрикивая взрывы, лавируя между воронками, Николай несся, сломя голову. Над нами, шипя, проносились синие сгустки, засверкали трассеры, прижимая нас к земле. Мы с ходу запрыгнули в одно из мест удара плазмы.

В еще чадящей воронке, обжигая руки о растрескавшуюся землю, мы с ведомым выползли к оплавленному краю. Я примял на вывернутом коме земли желтые колосья, мешающие обзору: — Твой серый, мой цветной, Коль. — Разглядел двойку наших скоростных электрических конвертопланов. Они сменили в свое время боевые вертолеты и штурмовики. Узкие, остроносые “Когти Кречета”, с обвесом для миссии. Смотрятся отлично в камуфляжном окрасе, напоминающем рисунок дамасской стали на клинке. Ракеты заряжены, хищно выглядывают с пилонов подвески по бокам, блистеры кабин откинуты, приглашающе блестят. Универсальные и надежные машины стоят на возвышенности, посередине расходящегося волнами поля пшеницы.

Засверкали вспышки плазменных разрядов в нашу сторону. Накрыв нас плотным огнем, терзая поле рядом с нами и поджигая колосья. Сквозь образовавшуюся дымовую завесу было видно, как поднимаются тройки противника. Они бежали и стреляли на ходу.

От ближайшего удара плазмы в землю нас накрывает валом земляных крошек.