— Господин Борн, мы тоже не имеем права бросить хозяина, — сказал за обоих братьев Аргун и, посмотрев на Скара, опустился на палубу, машинально приняв медитативную позу.
Спорить старик не стал, у него самого было желание остаться здесь и дождаться окончания лечения, очень хотелось верить, что парень, которого он встретил цикл назад, сыгравший большую роль в его жизни, придёт в себя и останется прежним, как делал это уже не раз. У Дага никогда не было детей, по крайней мере, он о них не знал, хотя в молодости изрядно покуролесил. А этот, абсолютно чужой, казалось бы, ему человек вдруг стал очень близок, ещё не сын, но уже и не просто друг.
— Я составлю вам компанию, — промурлыкала Ванда, появившаяся в медицинском отсеке позже всех.
Её до сих пор страстно интересовали любые космические корабли, с тех пор, как девушка попала на борт «Ареса», покинув родную галактику, она не переставала удивляться многообразию всевозможной космической техники. К тому же при поиске сохранившихся «ништяков», как называл их Даг, перенявший это слово от самого странного человека, виденного ею в своей жизни и спасшего множество людей в «Обители», можно было изрядно пополнить личный бюджет и найти что-нибудь интересное. Ко всему прочему, как ни крути, это дополнительный опыт, а возможно, и знания, если удастся раздобыть заветные чипы с базами.
— Советую на всякий случай захватить с собой пару дроидов для обеспечения безопасности, — произнес искин, и Даг утвердительно кивнул.
— Давай, раз мы идём вдвоём, одного боевого и одного технического, ну, и двух взломщиков подготовь.
— Я уже отправил их на погрузку в бот, — доложил квазиживой разум корабля.
— Тогда экипируемся, и на старт, — решил немолодой бывший абордажник и отдал команду на телепортацию в собственную каюту.
Секундой позже точно так же поступила и Ванда, а уже через двадцать минут они покинули борт рейдера на грузопассажирском боте и направились в кажущееся бесконечным поле обломков.
Вотахи, погрузившись в свой собственный внутренний мир, медитировали, а Агата так и осталась стоять возле медицинской капсулы. Её глаза внимательно наблюдали за тем, что происходит с внезапно появившимся странным хомо. Как давно она этого ждала, сколько раз горько плакала, закрывшись у себя в каюте, придумывая слова, которые бы могла ему сказать, но не успела. И вот сейчас он лежит рядом, на расстоянии вытянутой руки, который уже раз с ним происходит какая-то ерунда, но в сердце аграфки крепла уверенность, что и сейчас всё будет хорошо. И теперь она обязательно найдёт в себе силы для серьёзного разговора, слишком многое произошло в последнее время. Сердце бывшей баронессы кровоточило от тяжёлых воспоминаний о судьбе собственного отца, оно болело и жаждало мести.






