ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Нелюбимые Дмитрий Болдин Дмитрий Болдин Нелюбимые Все персонажи и издания выдуманы, а совпадения случайны. Любая связь с реальными людьми и событиями — результат художественного вымысла. — Я всегда чувствую, когда ­что-то происходит. Но в этот раз все слишком быстро было. Слишком… — слышу я голос из соседней кабинки туалета и пытаюсь разобрать, чей он, а голос продолжает говорить ­кому-то в трубку: — Тут все улыбаются и делают вид, что все в порядке, но оказывается, все не так уж и весело. Я не выхожу из кабинки, потому что боюсь спугнуть человека за стенкой и хочу дослушать разговор до конца. Голос не похож ни на кого из редакции W, и я начинаю думать, что, возможно, это сотрудник другого журнала, но до конца в этом я не уверен. — Да, ­как-то стало невесело. Не помню, чтобы так было раньше. — Голос замолкает, человек или ­что-то обдумывает, или слушает ­кого-то в трубке, но через несколько секунд произносит: — Я не знаю, что делать дальше. Просто не выдержу так. Я не хочу просыпаться, понимаешь? В этот момент я уже собираюсь выйти из кабинки, но голос останавливает меня: — Я не знаю, честно. Давай поговорим… — Слышу, как за стенкой ­кто-то резко шмыгает носом. — Давай просто поговорим? Просто поговорим. Сейчас. Ты слышишь меня? Алло? Прерываешься. Алло? Голос на ­какое-то время пропадает, а потом возвращается: — Не клади трубку. Алло? Я тут, а ты? Пожалуйста, поговори со мной. Все стало невыносимо, — снова резкий вдох, — вся эта мишура, она… ее больше нет. В ­какой-то момент

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Несколько раз просматриваю расшифровку звонка, поступившего в службу спасения Калифорнии в конце октября 1993 года. Хоакин Феникс умолял, чтобы ­кто-то помог его брату, так как тот перестал дышать. По моей спине пробегают мурашки, как ­когда-то, когда я впервые прочитал эту статью и затем нашел настоящую запись звонка Феникса, которую прослушал один раз и больше к ней не возвращался. Я почти дочитываю статью, когда ручка двери начинает дергаться, и я понимаю, что провел в туалете много времени. Я умываю лицо еще раз, выхожу. На крыше Леха о ­чем-то уже разговаривает с Артемом и Стасом, Алисы нет. Я присаживаюсь рядом и интересуюсь, где она, на что Леха отвечает, что Алиса пошла меня искать. Мне хочется увидеть Аню, но когда я смотрю в ее сторону, то замечаю, что и она тоже пропала.

— Мне пора уже, — резко бросает Леха. — Завтра снова встречаться со строителями, надо начинать готовить сцену.

— Уже?! — удивляется Стас. — Ч­то-то ты быстро.

— Старик, правда, надо бежать, — перекрикивает музыку Леха и встает со своего места.

— Я тебя провожу, — говорю я.

Мы заходим с Лехой в лифт, в котором сильно пахнет парфюмом, и я жму кнопку первого этажа. Лифт спускается, Леха поворачивается ко мне и спрашивает:

— Все хорошо?

— Угу, — подтверждаю я, глядя в одну точку.

— Ты загруженный ­какой-то.

— Я просто… не знаю, — тихо произношу я. — Устал сильно.

— После вчерашнего?

— Да нет, я и до этого уже устал.

— Может, тебе зарядиться? — намекает Леха, но я отрицательно качаю головой, и он не продолжает эту тему.

— Сейчас бы в две тысячи девятнадцатый…

— В смысле? — удивляется Леха. — Что там было?

— В ­том-то и дело, что там ничего не было, — вздыхаю я.

— Ну и зачем возвращаться туда, где ничего не было?

— Ничего

плохого

не было.

— Слушай, — Леха смотрит на дисплей лифта, на котором мелькают номера этажей, — сидим в ресторанах, гуляем по городу, ходим по вечеринкам, делаем их. Вроде все нормально.

— Да, но…

— Все нормально, Макс! — Леха крепко сжимает мое плечо. — Не парься просто.

— Лех?

— А-а-а?

— А о чем вы с Алисой болтали?

— Когда?

— Когда меня не было.

— Тебя не было?

— Да.

— Когда?

— Ну вот сейчас, пока я в туалет выходил.

— Не знаю, вернее, не помню. Брат, выдыхай. — Двери лифта открываются, и Леха выходит из него, а потом поворачивается ко мне и говорит: — Заезжай завтра в отель, спокойно хоть посидим, как ­когда-то. Без этого всего!

Леха крутит пальцем в воздухе, а я жму на кнопку шестого этажа, и двери лифта снова закрываются.

На крыше уже проходит фуршет, со мной здороваются несколько людей из глянца, а фотограф просит остановиться, чтобы сделать пару кадров для отчета.