Содержание снов и дневных видений целиком в тебе и только тобой исчерпывается, мне все время тебя мало, ты — мой мир, моя вселенная, самая прекрасная вселенная на свете. Я люблю тебя! Люблю!
В комнате медленно тускнеет свет, зрителю должно быть достаточно упоминания возлюбленной Абеляра и текста главного хита певицы Гречки, чтобы убедиться в романтической натуре Ярослава. Ежели этого мало — помилуйте, драматург бессильно опускает кисть.
Одновременно светлеет кухня — снова два друга, Миша с Витей, снова только они вдвоем. В данный момент они увлеченно читают Мишин текст. Именно этот акт самовлюбленной аутотерапии и завершает пьесу — после него зрителя ждут лишь занавес, очередь в гардероб и разочарованный разговор в такси.
МИША
(пылко, теряя связь между художественным вымыслом и реальной действительностью).
По-настоящему закрытые времена большого искусства не дают: тому свидетельством и сталинская эпоха и, в общем-то, николаевская.
ВИТЯ. Да, наверное.
(Оживляясь.)
Перечитай Гашека — там не только про искусство, вообще очень ясно становится, как рождаются бравые солдаты Швейки.
Оба уже не читают текст, а проговаривают сокровенные мысли. И как проговаривают!
ВИТЯ
(горячо).
А вообще знаешь, я же только Канта дочитал — и вот подробность идеалистической философии, ее направленность на просвещение — это то, что нужно сейчас, думаю. В конце концов, эти времена когда-нибудь закончатся…
МИША. А столько всего сломано…
ВИТЯ. Да, столько всего сломано, что кому-то нужно будет поднимать все заново. Кому-то, кто умеет подняться над ситуацией, кому-то с мозгами, кто умеет оставить предрассудки и обиды позади…
МИША. И кому, как не нам.
ВИТЯ. Кому, как не нам.
Занавес. В гардероб выстраивается очередь, большая, словно в гастроном. Таксисты собираются с духом, оглядывая вываливающую на мороз толпу.
КОНЕЦ
Эпилог
Упряжка
Комедия
Может быть, за годом год
Следуют, как снег идет,
Или как слова в поэме?
Борис Пастернак
Сцена запорошена снегом. В центре широкие сани, на них большой красный мешок. Из него выглядывает коробка с надписью «С Новым, 2022 годом!». Вдали темно, за тучами виднеется луна. Слабый ветер. В глубине сцены раскидистая елка. К ней приближается пьяный, бормочущий себе что-то под нос мужик с топором. Он одет явно не по погоде: белая водолазка и красная демисезонная куртка нараспашку. При виде елки он целует ее в ствол, крестится и, широко размахнувшись, начинает рубить. Все действие пьесы мужик рубит елку.
К саням неспешно подходят олени и надевают на себя упряжи. Рудольф самый крепкий, взрослый и строгий. Его нос мерцает красным светом. В особенно эмоциональные моменты нос полыхает, как рубин, чего Рудольф стесняется и потому пытается со всеми быть сухим и равнодушным. Он, очевидно, лидер, альфа-самец.






