ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Провидица Алимея Рионская обрекла себя на печальную участь супруги Нэйджела Харагана по необходимости - чтобы предотвратить войну. Ей суждено умереть, дав жизнь наследнику драконьей крови, и это не единственная проблема - у каждого из супругов свои проблемы и могущественные враги. Но разве Великие Боги смогут остаться равнодушными к судьбам тех, кто способен жертвовать собой ради других? Разве нельзя отменить то, что предначертано? Нити судьбы Елена Паленова Провидица Алимея Рионская обрекла себя на печальную участь супруги Нэйджела Харагана по необходимости - чтобы предотвратить войну. Ей суждено умереть, дав жизнь наследнику драконьей крови, и это не единственная проблема - у каждого из супругов свои проблемы и могущественные враги. Но разве Великие Боги смогут остаться равнодушными к судьбам тех, кто способен жертвовать собой ради других? Разве нельзя отменить то, что предначертано? Нити судьбы Елена Паленова. Нити судьбы Легенда о призраке замка Рион Сегодня меня посетил весьма интересный гость. Вообще-то, в Обители Времён не принято пускать посторонних дальше читального кабинета, куда нужные записи доставляются из архивов бдительными архивариусами, поэтому я был очень сильно удивлён, когда увидел у входа в свои владения высокого господина средних лет. Его лицо показалось мне смутно знакомым, а когда он обратился ко мне по имени и представился лордом Бавором Рионским, я был поражён тем, как сильно горе может изменить внешность человека. Я действительно знал его до своего

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Нити судьбы

Елена Паленова

Провидица Алимея Рионская обрекла себя на печальную участь супруги Нэйджела Харагана по необходимости - чтобы предотвратить войну. Ей суждено умереть, дав жизнь наследнику драконьей крови, и это не единственная проблема - у каждого из супругов свои проблемы и могущественные враги. Но разве Великие Боги смогут остаться равнодушными к судьбам тех, кто способен жертвовать собой ради других? Разве нельзя отменить то, что предначертано?

Нити судьбы

Елена Паленова. Нити судьбы

Легенда о призраке замка Рион

Сегодня меня посетил весьма интересный гость. Вообще-то, в Обители Времён не принято пускать посторонних дальше читального кабинета, куда нужные записи доставляются из архивов бдительными архивариусами, поэтому я был очень сильно удивлён, когда увидел у входа в свои владения высокого господина средних лет. Его лицо показалось мне смутно знакомым, а когда он обратился ко мне по имени и представился лордом Бавором Рионским, я был поражён тем, как сильно горе может изменить внешность человека.

Я действительно знал его до своего заключения в Обитель. И, надо сказать, хорошо знал. Наш король Белинаргус всегда питал особую страсть к Риону, поскольку по всей длине северной границы этого маленького лордства, являющегося частью Иллиафии, протекает река Таор, за которой раскинулись земли Латернона. Лорд Бавор Рионский и его семья были столь же частыми гостями королевского дворца в Гоотарне, сколь часто сам король Белинаргус наносил визиты в свои северные владения. Сами по себе обитатели рионских угодий никогда не представляли интереса для моего владыки – его манила близость Латернона и возможность подобраться ближе к его тайнам.

В последний раз я видел лорда Рионского незадолго до того, как оказался узником Обители Времён. Круглолицый улыбчивый здоровяк прибыл ко двору моего короля, чтобы поделиться новостью о том, что его милая супруга леди Элейна подарила Риону ещё одного наследника.

Два года назад в Иллиафию пришло поветрие. Длилось оно недолго, но всего за несколько месяцев унесло в Небесные Храмы многие жизни. Даже здесь, в Обители, мы чувствовали его смертоносное дыхание. Болезнь не проникла за эти стены, но сюда регулярно поступали списки её жертв. В этих списках были и имена всех четверых детей лорда Бавора Рионского. Я слышал, что меньше, чем через год, он соорудил погребальный костёр и для своей возлюбленной леди Элейны, которая не смогла пережить утраты.

Со дня нашей последней встречи минуло всего семь лет, но я не узнал этого человека. Из круглолицего румяного весельчака он превратился в мрачную тень с пустым, ничего не выражающим взглядом когда-то ясных, искрящихся добротой глаз. Лихорадка и горе высосали из него все жизненные соки и душу.