ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

ФИНАЛ Заключительная часть дилогии «Сердце Скал». Альтернативный финал «Отблесков Этерны». Зверь tesley ФИНАЛ Заключительная часть дилогии «Сердце Скал». Альтернативный финал «Отблесков Этерны». Tesley Сердце Скал. Зверь Глава 1, вступительная. Незнакомец. 1 3 день Летних Молний, 399 год Круга Скал. Бредо́н 1 …Это где-то далеко в поле горит костёр, только и всего. Хотя… Какое поле? Чушь. Окно выходит на задний двор трактира, больше некуда. Факел во дворе?.. Ерунда! Нет, почему же? Может, это конюх снуёт туда-сюда у конюшен с факелом в руке? Ага, факел размером с огонёк лампадки! И чадил бы он немилосердно в такую сырую ночь. Нет, это вообще не на улице. Это прямо здесь, в зале… — А подай-ка мне, красотка, кружку пива! — …В Сормю́ре-то, говорят, совсем неспокойно… — Тьфу! Всего четыре очка! А божился выкинуть не меньше десятки! — И выкинул бы, хвост тебе в гриву, непременно бы выкинул! Видал, как кость на ребро встала? Да кабы не щербатый стол, шоб ему провалиться… — Рассказывай! Шлюха-удача повернулась к тебе задом, а? — А в Гайярэ-то, мол, чуть ли не бунт… — Ш-ш! Лампа?.. Разве бывают такие крохотные лампы?.. — Тут барин мне и прикажи: а свози-ка ты его, Гийом, в Ла-Гранж, в Домианову церковь. Там будто бы полумёртвые — и те с одра поднимаются. Глядишь, и сын мой несчастный оклемается. Эх, какое там! Он, болезный, как Гальтару-то трясти начало, вконец в меланхолию ударился. — Видать, почуял чего ваш молодой господин… Жаль бедняжку, мальчишка ведь совсем. Опять старина Гилл н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Лучше помоги мне выбрать герб для Мелитты, — продолжал он уже обычным тоном. — Это подарок, и я хочу, чтобы он был красивым. Мне тут пришло на ум, что её герб должен соответствовать её имени. Меллит ведь означает «пчела»?

— Как будто бы, — подтвердил Робер, немного растерявшись от быстрой перемены темы.

— Отлично. Может получиться славная эмблема. Пчела на синем фоне — как тебе, а? Скромная, трудолюбивая и медоносная — точный портрет моей новоявленной родственницы.

Мэллит покраснела и пролепетала еле слышным голосом:

— Пусть решит царственная… Царственная знает…

— Пусть решит царственная бабушка, — строго перебил её сюзерен. — Запомни: если ты никак не можешь отучиться от своих гоганских штучек, то хотя бы прибавляй к ним правильные слова. Царственная бабушка. Первородный кузен. А что, неплохо! — оживился он. — Первородный кузен — звучит великолепно. Я, пожалуй, не откажусь так именоваться.

— А разве это не опасно? — с сомнением произнёс Робер. — Разве мы не решили, что Мэллит считается незаконнорожденной дочерью покойного барона Та́кози?

— Разумеется, решили. Но, раз уж Матильда взяла её под своё покровительство, слухи всё равно пойдут, — легкомысленно отмахнулся принц. — Досужие языки с радостью наболтают, что Мелитта — внучка Матильды от какой-нибудь юношеской интрижки с другом детства. Не расстраивайся, — ласково подбодрил Альдо окончательно смутившуюся гоганни, — для Матильды это пустяки, а для тебя так гораздо лучше: никто не догадается, кто ты есть на самом деле. Так что насчёт герба? — снова обратился Альдо к Роберу. — Я собираюсь подарить его Мелитте в честь сегодняшнего праздника.

— Пчела на синем фоне? — задумчиво протянул Робер, мысленно представляя себе геральдический щит и фигуру. — Чёрное с золотом?

— Только золото! — решительно возразил Альдо. — Чёрное не мой цвет.

— А не слишком просто?

— Благородное и должно быть простым, — заявил сюзерен решительно. — Впрочем, пойдём, я набросаю эскиз, и тогда решим, подходит ли он для Мелитты. А ты останься с Матильдой, — распорядился Альдо, высвобождая руку, которой до сих пор поддерживал гоганни: — тебе полезно поучиться, как госпожа ведёт хозяйство. Ведь теперь ты почти член нашей семьи.

Добив бедную гоганни этим заявлением, Альдо взял под руку Робера и потащил его в сторону дворца. Однако к обсуждению герба он так не вернулся: эскиз оказался всего лишь предлогом.

— Что-нибудь решилось с твоим отъездом? — спросил он, когда они отошли на приличное расстояние, испытующе заглядывая в лицо Роберу. — Тебе удалось договориться с аббатом Олецием?

— Мне было неловко его просить, — пробормотал Робер, застигнутый врасплох этим прямым вопросом.