Невольно аромат парфюма ловлю. Не мой любимый, с ноткой перца. Но да ладно, скоро переоденусь в свое, а после…
И за стену хватаюсь. Сука! Плывет все…
— Валех-джан…
— Нормально все, — процеживаю сквозь зубы, выходя из палаты. И на медсестру натыкаюсь:
— Это что еще такое? А ну-ка, марш в кровать! Что за самоуправство?
— Не ори! — рычу на нее, с дороги отодвигая.
— Я доктора позову!
— Не напрягайся так. Ройс, уйми бабу!
Сам уже по коридору плыву. Ноги ватные, но иду упрямо. Гадом буду, но крысу найду. Своими руками придушу гниду!
— Босс…
— Что?
— Просто помочь хотел, — Ройс под локоть берет.
Я выдираю. Не хер из меня калеку делать! Да, облажался. Но сам же исправлюсь. Если девчонка виновна, то вытрясу правду сам. Вот только найду ее. Бля буду, но найду!
Я верну тебя, Матильда! Где бы ты ни находилась…
Глава 2
(Матильда, сутки назад)
Боль…
Она пронзает насквозь. Поднимается снизу, от самых пяток. Стискиваю зубы, чтобы не зареветь. И больно не столько из-за прокола пятки, когда с забора спрыгиваю, сколько на душе мерзко и пакостно.
Ведь я ничего не сделала, а мне не верят, обвиняя в смертных грехах. Разве я могла отравить Валеха? Зачем мне это, а самое главное, как бы я исполнила отведенную мне роль убийцы?
И доказать не в состоянии, пока Валех в больнице. А если не выживет, тогда что мне делать?
Вопросов нескончаемое множество. Ответов ни одного. Даже на элементарный вопрос: куда идти?
Но стоять тоже не дело. Джигиты быстро обнаружат мое исчезновение из кладовой, куда закрыли до приезда Кайсарова-старшего. Начнут искать. А я тут, на соседнем участке, стою и стену подпираю, из ноги колючку вытаскиваю.
Карман рабочего комбинезона, который так удачно в подсобке нашла, секатор оттягивает. Там же его и обнаружила на стеллаже, в кладовой. Вытаскиваю садовые ножницы, в руке сжимаю.
Пусть и не по назначению, но применить можно, в случае необходимости. Больше я собой помыкать не дам. Хватит! Натерпелась за сутки.
Быстро осматриваюсь, насколько ночь безлунная позволяет. Не знаю, кому дом принадлежит, но хозяева явно отсутствуют. Темнота не только в окнах, но и в небольшом дворике. К счастью, без собак.
Крадусь, как воришка, вдоль дома. К звукам с улицы прислушиваюсь. Вот сейчас через забор очередной перелезу, благо он не такой высокий, как у Кайсарова, и куда дальше?
Домой нельзя. Туда первым делом банда Валеха нагрянет. А мысли о маме заставляют сердце сжаться: что она обо мне подумает. Скажет, связалась с кем попало. Семью опозорила. А я просто доказать хотела, что не слабо к Валеху подойти, да еще о поцелуе попросить.
Дурочка я, что уж скрывать!
К Светке или к другим девчонкам тоже не пойдешь. Джигиты и эти адреса пробьют.
К забору пробираюсь. Он добротный, из ракушечника выложен.






