Среди жителей Грейстоуна была одна на всех догадка. Про того, кто испокон веку являлся истинным хозяином Атсхалии. Кто, примечая каждый людской проступок, до поры откладывал в копилку чужие долги.
Со временем гуляющие по селению толки про чудовищную гибель Виндока утихли. За прошедший год подобных страстей больше не было. Давно ушёл мор, положивший начало трагическим событиям. Давно оплакали ушедших, проводили зиму, с новыми надеждами встретили весну. Затем пришёл черед лета и осени. И вроде бы жизни наладиться, да как-то не радовалось.
Жители северной Атсхалии всё чаще стали замечать, как много волков в окружных лесах развелось. И, если раньше, хищники сторонились людского жилья, то теперь подбирались к нему всё ближе. Будто присматривались, наблюдая со стороны, и чего-то выжидали. Простые селяне перестали выходить за пределы сёл. Охотники едва успевали отгонять расплодившихся тварей в глубь тайги. А те, перейдя границу, далеко уходить не собирались. Ближе к зиме армия хищников стала прибывать. Ночами серые монстры лютовали особо. Забираясь во дворы глухих селений, нападали на скот и утаскивали собак.
Людей не трогали, но пугали до ужаса, когда появлялись словно из ниоткуда. Также в никуда они уходили. Только рассвет прикасался к вершинам Атсхал, волчьи стаи растворялись в холодном тумане.
Так зародился страх. Не тот священный страх, призывающий к почитанию неприкасаемого тотемного зверя. А настоящий, животный, со дна души поднимающий к свирепому хищнику тёмные чувства. Заставляющий люто ненавидеть и проклинать.
***
Прогостив первую неделю зимы в гостях у тёщи, Келли, сын Хельги Мордок, возвращался с детьми домой. День выдался особенно морозным. Таким, что воздух словно звенит. Укутав мальчишек толстыми одеялами, молодой отец погонял лошадей и мечтал о горячей бане.
На перевале лошади неожиданно встали. Келли привстал, вглядываясь в заметённую дорогу, и чертыхнулся. Впереди навалило снегу, что просто так не объедешь.
Да что за напасть!
Расстроенный парень спустился с облучка и вытащил из-под сена заступ. Провозившись до сумерек, он, полностью вымотанный, прислонился к саням. Осталась самая малость – всего-то махнуть пару раз, и готово. Но сил уже не осталось. Руки разнылись, пальцы заполнила ломота.
Изо рта выпорхнуло густое облачко пара. Похолодало.
И не заметил, пока возился.
Келли отвернул уголок одеяла и поглядел на сыновей. Утеплившись и приткнувшись друг к другу, те мирно посапывали.
В лесу быстро темнело. До дому они доберутся лишь к вечеру. А вечера зимой наступают рано. Вдоль спины прошёл неприятный озноб. Сердце, что чует беду, не обманешь.
Издали прилетел низкий тягучий вой. В груди трепыхнулось и гулко забилось сердце.






