Тревожное предчувствие мобилизовало организм, заставляя отбросить в сторону эмоции и сомнения, пропускать мимо ушей подначки и советы и действовать практически на инстинктах.
При очередном выпаде Деймон неловко оступился, потеряв равновесие, – и захромал. Вспомнив о предупреждении Гарма, я собралась с духом, напрягая мускулы для решающего рывка.
Ударить в солнечное сплетение… Противник сложится, и тогда будет легче перехватить инициативу. Сбить с ног – и победа близка. Он недооценивает меня. Слишком самоуверенный. Тем хуже для него. Главное – не подпустить к себе ладонь, сжимающую клинок…
Мне не хватило какой-то доли секунды. Деймон лишь на первый взгляд потерял преимущество, рухнув на песок. Падение позволило на короткий миг занять доминирующее положение. Сориентировавшись, дознаватель ловко сбросил меня и тут же сам оказался сверху. Тонкое острое лезвие медленно прошило кожу на животе, вонзившись на незначительный сантиметр вглубь возле пупка. Передо мной горел взгляд охотника, вкусившего крови своей жертвы.
Я рухнула на спину, зажимая ранение, отчего-то вспыхнувшее нестерпимой болью. Будто прижигали раскаленным железом. С трудом удавалось сдерживать крик, до крошек во рту сжимая зубы. Слезы сами выступили на глаза. Что за чертовщина? Или я ошиблась, подумав, что ранение неглубоко?
Темная тень дознавателя нависла надо мной. Он с силой рванул ворот футболки и толкнул меня под луч прожектора.
Я подняла голову, испепеляя его яростным взглядом. Последнее, что получилось увидеть, – как несвойственным его степенным манерам рывком вскочил на ноги и что-то крикнул Настоятель. Дальнейшие события не подчинялись никакому контролю – перед глазами замелькали странные картины…
…Четверо в форме клана «Возмездие» окружают юношу из «Обелиска». Его пистолет клинит, не позволяет выпустить последнюю пулю…
…Темный подвал, куда волокут несчастного. Его руки связаны, пространство вокруг полыхает алыми и рыжими цветами ненависти. Дух человека не сломлен, но тело искалечено и изуродовано. Страшный шрам от ожога странной формы расползается по правой стороне груди.
– На хрена он нам сдался? Пристрелим, да и дело с концом, – звучит эхом откуда-то издалека гулкий голос.
– Отставить. Ворон дал распоряжение сохранить ему жизнь.
– Но он не говорил оставлять его невредимым…
…Беззащитного, лишь в потрепанном свитере и серых штанах, юношу ведут к точке встречи двух заклятых врагов. Лицо пленного покрыто кровоподтеками, на потрескавшихся губах запекаются темные раны. Тяжелым ударом приклада в спину его роняют на колени. Я могу видеть глазами бедняги… Я вижу… Настоятеля?
…Гордая осанка, холодный взгляд под противоосколочными очками, тонкие губы с застывшей издевательской ухмылкой.






