ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Поляк, крещённый в православие, ушедший на фронт Первой мировой войны в юном возрасте. Красный командир, отличный кавалерист, умевший не только управлять войсками, но и первым броситься в самую гущу рубки. Варшава, Даурия, Монголия, Белоруссия и – ленинградская тюрьма НКВД на Шпалерной. Затем – кровавые бои на ярцевских высотах, трагедия в районе Вязьмы и Битва под Москвой. Его ценил Верховный главнокомандующий, уважали сослуживцы, любили женщины. Среди военачальников Великой Отечественной войны он выделялся не только полководческим даром, но и высочайшей человеческой культурой. Это был самый обаятельный маршал Сталина, что, впрочем, не мешало ему крушить врага в Сталинградском сражении и Курской битве, в Белоруссии, Померании и Восточной Пруссии. В книге, которая завершает трилогию биографий великих полководцев, сокрушивших германский вермахт, много ранее неизвестных сведений и документов, проливающих свет на спорные страницы истории, в том числе и на польский период биографии Рокоссовского. Автор сумел разглядеть в нём не только солдата и великого полководца, но и человека, и это, пожалуй, самое ценное в данной книге.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Это подтверждает выписка из приказа командира 5-го драгунского Каргопольского полка генерала Илляшевича от 5 августа 1914 года: «…Крестьянин Гроецкого уезда деревни Длуговоле гмины Рыкалы Вацлав Юлианов Странкевич, зачисленный в ратники Государственного ополчения первого разряда в 1911 году, и мещанин гмины Комарово Островского уезда Константин Ксаверьевич Рокосовский, родившийся в 1894 году, зачисляются на службу во вверенный мне полк охотниками рядового звания, коих зачислить в списки полка и на довольствие с сего числа с назначением обоих в 6-й эскадрон».

Как видим, дата рождения здесь другая. Можно предположить, что более верная, так как сестра Хелена всю жизнь считала себя младшей, а датой её рождения значился 1896 год. На её надгробии на Брудновском кладбище Варшавы выбито: «Хелена Рокоссовская, жила 86 лет. 24.VII.1982». Арифметика несложная: Хелена родилась в 1896 году, значит, брат родился годом или двумя раньше.

Когда настало время определяться и с фамилией, и с отчеством, и с происхождением, фамилию записали в соответствии с русской орфографией; отчество, отсутствующее у поляков, стало для простоты произношения – Константинович. Так благодаря полковому писарю и службе в старом русском драгунском Каргопольском полку Константы Рокосовски стал Константином Константиновичем Рокоссовским. Хотя в некоторых армейских документах драгунской юности фамилию мещанина гмины Комарово Островского уезда записывали с одной «с», а отчество – то Савельевич, то Васильевич…

Отец Константы на самом деле служил инспектором Варшавско-Венской железной дороги. Должность довольно высокая. Чтобы не портить анкету, будущий красный командир немного подправит должность отца, записав его железнодорожным машинистом.

Мать Антонина, урождённая Овсянникова, русская. Из мещан местечка Телеханы Пинского уезда Минской губернии. Имела педагогическое образование и, по некоторым источникам, какое-то время преподавала в школе русский язык и литературу.

В семье разговаривали и на польском, и на русском. Овладев грамотой, Константы легко и с увлечением читал на обоих языках. В царской Польше это было обычным явлением, тем более в смешанных семьях.

[2]

Гмина – наименьшая административная единица в Польше, нечто подобное волостям в царской России и сельсоветам в СССР.

На протяжении всей жизни Рокоссовский, заполняя различного рода анкеты, в графе о национальной принадлежности писал: «Поляк». В графу «Родной язык» вписывал: «Русский». Так кем же он был? Поляком? Русским? Учёные-языковеды подтверждают: ничто так не влияет на формирование национального самосознания человека, как язык. Самый мощный и точный этнический идентификатор – язык. Однако всю жизнь Рокоссовский говорил с лёгким, не всегда заметным акцентом.