ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У Дианы Диксон этим летом много дел. Она готовится к соревнованиям по бальным танцам, совмещает две работы и все еще возится с бывшим парнем, который никак не может понять, что между ними все кончено. И все же, несмотря на все это, у нее хватает сил послать Шейна Линдли к черту. Шейн только что переехал в дом Дианы и, похоже, намерен переспать со всей ее командой поддержки. Конечно, он высокий, великолепный хоккеист, но он вторгается на ее территорию. Здесь действуют свои правила: никаких вечеринок в квартире, никаких отношений с чирлидершами и, самое главное, не приставать к Диане. Диана не понимает, что Шейну надоели интрижки и он все еще огорчен разрывом с бывшей девушкой. Он хочет отношений. И когда его бывшая снова появляется в кадре, он решает вызвать у нее ревность и притворяется, что уже занят… Кто же лучше подойдет на роль его подружки, чем Диана, новая соседка? Несмотря на нежелание Дианы нарушать свое правило, фиктивные отношения – идеальное решение ее проблем с бывшим, и вскоре она уже не может отрицать, что между ней и Шейном что-то вспыхивает. Что-то горячее и совершенно неожиданное. И, возможно, это становится слишком реальным.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я тогда в шутку добавила, что все эти «я люблю тебя», сказанные во время секса, нельзя принимать всерьез из-за эндорфинов. Так что несколько недель спустя он пригласил меня на ужин, настоял, чтобы мы ели десерт

одной вилкой

и повторил признание по-настоящему.

А я опять ничего не ответила.

Мне нужно время, чтобы привыкнуть к человеку. Только одному парню я сказала, что люблю его, и произошло это через шесть месяцев отношений. А вот когда мы с Перси подошли к этой отметке и я поняла, что не чувствую ничего глубже обычной симпатии («ну, он мне вроде нравится…»), стало понятно, что мы друг другу не пара.

А еще он однажды швырнул в стену бокал.

Такие дела.

Джиджи я об этом не рассказывала. Не хотела, чтобы она еще больше невзлюбила моего парня. Как-то раз Перси долго спорил по телефону со старшим братом, а потом кинул бокал вина в стену своей гостиной. Я сидела на диване в этой самой гостиной – совершенно пораженная – и наблюдала, как сверкнули осколки стекла, как красные, будто кровь, капли вина впитались в ковер.

Врать не буду – это здорово меня отвратило от него. Знаю, некоторым нужно как-то выпускать свою злость. Я слышала, есть специальные «комнаты ярости»: люди платят деньги, приходят туда, чтобы расколотить бейсбольной битой старенький телевизор и несколько ваз. У меня самой характер не сахар, но я ни разу ничего не сломала и не разбила от злости. Было ужасно неприятно, когда Перси полностью лишился хладнокровия из-за какой-то глупости – потому что его брат решил не приезжать на День благодарения. Три дня спустя я с ним порвала.

Должно быть, у моего бывшего горят уши, потому что именно в этот момент он пишет мне снова. Ого, целых два сообщения подряд.

Знаю, надо ответить, но я не знаю, как вести себя с ним. Всякий раз, когда я хоть чуть-чуть ему уступаю, он пытается снова завоевать меня.

– Блин, он явно очень хочет зайти сегодня вечером, – говорю я, поглядывая на телефон.

– Пусть идет на хрен.

Я, усмехаясь, доедаю бургер. После ужина мы медленно бредем по Мейн-стрит, заглядываем в магазины – поглазеть на всякие мелочи ручной работы и на эксклюзивную одежду, а потом Джиджи отвозит меня домой. Ей сегодня еще возвращаться в Бостон – она пока живет с родителями, а в сентябре они с Райдером переедут на новое место жительства.

– Жаль, что ты этим летом не в общежитии. Тогда тебе бы не пришлось тратить больше часа, чтобы со мной повидаться, – дуюсь я.

– Честно говоря, в следующие пару месяцев меня вообще почти не будет в этих краях. Надо планировать всякую ерунду к свадьбе. На следующей неделе у нас Аризона, так что Райдер ужасно нервничает. Потом Тахо с семьей, Италия с мужем и собственно свадьба.

Я присвистываю.

– Ничего себе. У нас тут кругосветный путешественник, оказывается.