ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Время продолжить прерванный путь.... Инфер-10 Руслан Михайлов Время продолжить прерванный путь.... Инфер-10 Глава 1 Дем Михайлов Инфер-10 Глава первая. Вонь бессмертия. Да. Именно оно. Вонь именно этого статуса, этого состояния, столь неестественного для всего живого, обязанного иметь свой лимит бытия — вот чем вдруг завоняло вокруг меня. Бессмертие. Именно вонь этого состояния, способного разложить на атомы и аннигилировать любую силу воли, я внезапно ощутил и не сразу опознал, хотя прежде не раз сталкивался с тусклым отблеском этой хрени, поблескивающей в чужих богатых глазах. И эта сладкая подлая вонь бессмертия исходила от моей собственной задницы, отлично смешиваясь с выходящим оттуда же дерьмом, пока я сидел на корточках на краю крыши наполовину затопленной высотки, откуда открывался прекрасный вид на утонувший город и тужился, старательно исторгая из себя переваренные останки вчера пойманной и тогда же жадно сожранной рыбы. И виноват во внезапно окутавшей меня и существующей лишь в моем сознании вони был разрушенный затопленный город. Просто я узнал этот город. Опознал его очертания. Пока я сидел на краю крыши и смотрел вниз, удобряя корни опасно склонившейся над бездной пальмы, глаза лениво скользили по некогда урбанистической панораме и в какой-то момент ломанные линии, образованные руинированными зданиями, сложились в привыкшем делать наброски полевых карт мозгу определенным образом, после чего прозвучал отчетливый щелчок и я узнал это место. И даже увидел его таким

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отбросив пустой автомат, я загнал магазин в пистолет, прострелил башку сунувшейся ко мне «зеленой», и иглы продолжали колотить по моему укрытию.

Одиночный выстрел. Еще два подряд. Обиженный крик чайки… и обстрел прекратился, а искаженный болью голос Шейны оповестил:

— Сняла… ур-рода…

— Снимают вот так уродов — вздохнул я, вскакивая — Потом живут с ними…

Пуля с визгом ушла в рикошет в паре сантиметров от моей тупой башки, и я рухнул обратно на пол, выстрелил в ответ почти наугад, вскинулся раздавленной коброй и, рухнув в бассейн, в коротком полете успел пристрелить еще двоих. Только приземлившись, понял, что стрелял, по сути, в тех, кто стрелял в меня — а это могли быть и ни хрена не понимающие «белые».

Прильнув к истекающему кровью и мозгами трупу, забрал из податливой ладони тяжелый двадцатизарядный Зубр-СП9 — а это уже не сурверы, а Россогор — я затих, прикидываясь ветошью и оценивая ситуацию. Но долго оценивать не пришлось — Шейна снова подала голос:

— Всем тихо! Вот прямо все! Я Шейна, лидер «белых», приказываю своим и прошу остальных — прекратить огонь! Убрать оружие!

Грохнули выстрелы. Мое укрытие тоже получило пару пуль и злобную угрозу анальной кары. И за что так покойника-то… я отомстил за него, всадив скромную одинокую пулю в бычью голову «зеленого» стрелка. Ударившись лбом о дно бассейна, он затих, заинтересовано изучая остатки синей мозаики, пока сгустки его мозга проплывали рядом, пустившись в веселое путешествие.

— Повторяю! Приказываю прекратить огонь!

На этот раз стрельбы не последовало. Бесшумно приподнявшись, я оглядел пространство бассейна, пересчитал мертвых и куда меньших живых и поднялся.

Кончено.

Во всяком случае пока что.

— Всем тихо! — предупредил я тех, кто мог сфокусировать на мне оторопелые глаза — Оружие отложить. Кто дернется — прострелю башку без колебаний!

Угроза подействовала, и один подранок в белом выронил пистолет. Перевалившись через край бассейна вниз с оханьем, упала Шейна. Подойдя, помог ей подняться и оценил состояние. Хреново. Дырка в правом плече, еще одна в правом бедре. Кровь льет. Надо бы подлатать, да только у меня нихрена подходящего и нет… рядом опустилась миниатюрная женская фигурка с растрепанными светлыми волосами. Звякнул металлический контейнер, к боку Шейны прижалась мощная умная аптечка, плотно встав в специальное гнездо на ее эластичном костюме. Похожее на темный кирпич устройство не издало ни звука, не мигнуло ни единым огнем, но судя по вскрику Шейны уже начало работать. Здесь беззвучность норма — солдатские аптечки и должны быть тихими. А подоспевший медик, в которой я опознал центральную фигуру опекаемой всеми троицы, уже успела запечатать самую опасную рану в ноге и начала заниматься дыркой в плече.