ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кто же знал, что одно ночное приключение принесет столько проблем?! Элизабет возвращается в Нью-Йорк спустя несколько лет, чтобы получить степень по нейрохирургии и выполнить обещание, данное маме – стать детским врачом-хирургом. Перед главным экзаменом она должна пройти стажировку у самого именитого детского нейрохирурга Нью-Йорка. Отмечая в одном из баров свое возвращение, Лиз знакомится с потрясающим мужчиной, а утром сбегает из его квартиры. Кто же знал, что именно он окажется ее куратором, да еще и помолвленным с потрясающей красоткой, с которой Лиз сталкивается в коридорах клиники. Девушке придется доказать, чего она стоит, и найти свою любовь! Комментарий Редакции: Пикантная любовная авантюра, от которой в груди – приятное волнение, по коже – мурашки, а в голове – тысяча и один сценарий судьбоносной встречи с тем самым.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Тайра, я понимаю ваши страхи и сомнения. Поверьте, я сделаю все, чтобы Вере стало лучше! Мы избавим ее от опухоли, и она скорее пойдет на поправку.

Вдруг Тайра начала плакать.

– Элизабет, помогите ей! Пожалуйста! Когда Вера заболела, муж ушел, сказав, что не хочет больше жить в семье с бракованным ребенком. А у меня их пятеро. Старший работает на мойке, чтобы мы как-то сводили концы с концами.

– Тайра, я обещаю, я помогу вам! Мне бы хотелось познакомиться с Верой, если вы не против.

Она кивнула и отвела меня в комнату к девочке. Вера лежала на кровати, которая вот-вот станет ей маленькой и листала книгу. Тут же стояла еще одна кровать, в которой лежал розовощекий карапуз и что-то лепетал по-своему.

– Привет, малышка! – сказала я, обращаясь к Вере.

– Здравствуйте. – ответила Вера очень тихо: я едва смогла ее расслышать.

– Как ты себя чувствуешь?

– Сегодня голова болит и слегка тошнит.

– Ты не будешь против, если я немного тебя послушаю?

Она кивнула.

Пока я осматривала ее, девочка показала мне любимую куклу и рассказала, что мечтает о розовом пони.

– Ну кто же в твоем возрасте не мечтал. Я тоже хотела, но голубого, чтобы у него было красное седло.

Я заговорчески подмигнула ей, а она захихикала.

– Часто у тебя болит голова, малышка?

– Последнее время чаще. Но я стараюсь не думать о боли – так мама учит.

– Мама говорит правильно, но мне бы хотелось, чтобы теперь каждый раз, когда будешь чувствовать себя плохо, ты говорила маме, а она будет вести дневник наблюдений. Хорошо?!

Девочка кивнула. Мы еще немного поболтали с Верой, я попрощалась с ней и обещала заходить в гости.

Перед уходом я выписала Тайре рецепт обезболивающих для девочки.

– У нас еще есть немного времени. После этого визита я оформлю документы, сделаю запрос, чтобы поставить операцию на начало весны. Раньше нам вряд ли даст разрешение страховая.

– Спасибо Элизабет! – она протянула ко мне руки и пожала. – Еще раз простите, что так все вышло. Я уже не знаю, что делать.

– Тайра, вам нужно заботиться о дочери. Когда мы согласуем сроки, предстоит длительная подготовка к операции. Наберитесь сил. Я постараюсь вам помочь.

Попрощавшись, я вышла на улицу. Проходящий мимо подросток что-то сказал мне вслед, а я думала о Вере – ее образ никак не выходил у меня из головы. Болезнь истощила ее, но в малышке было столько жажды жизни, что я решила поскорее вернуться в больницу и начать оформление документов.

Прошла неделя после нашей беседы с Кайлом. Мы встретились на консилиуме за два дня до новой операции: Майкл, 6 лет. Никаких отклонений от плана – команда хирургов знала четко, что и когда им делать.

Кайл дал инструкции. Со мной общался предельно четко и сухо, но это было на руку. Еще не хватало поцапаться с ним перед первой профессиональной проверкой.