Открыв карту из ирландской папки, он мрачно присмотрелся к графствам Фермана и Тирон. Потом отодвинул карту в сторону и в надежде как-то отвлечься переключил внимание на вечернюю дипломатическую почту. Позже он вспоминал, что эта бумага даже не лежала сверху, а была зарыта в самую середину – докладная записка от министра иностранных дел с грифом «Секретно», датированная тем же днем:
6 июля 1914 года
Германский посол очень тепло говорил о том, какое удовольствие доставил императору и всему обществу визит британского адмирала в Киль.
В ответ я выразил уверенность, что он доставил огромное удовольствие и нашей стороне.
Премьер-министр зевнул и вытянул ноги. Потом сделал глоток бренди и продолжил чтение.
[7]
В военном лагере Керраг близ Дублина в марте 1914 года офицеры Пятого и Шестнадцатого уланских полков отказались участвовать в подавлении юнионистских волнений в Ольстере, пригрозив подать в отставку.
[8]
В марте 1914 года суфражистка Мэри Ричардсон нанесла несколько ударов ножом по картине Диего Веласкеса «Венера с зеркалом» в Лондонской национальной галерее. Впоследствии она написала, что это был акт протеста против ареста ее подруги г-жи Нанкхёрст.
Затем посол в частном порядке, но с великой серьезностью поделился со мной тем, с какой тревогой и пессимизмом он столкнулся в Берлине. По его словам, убийство эрцгерцога Франца Фердинанда вызвало в Австрии очень сильные антисербские настроения, и ему доподлинно известно, хотя и без подробностей, что австрийцы намерены что-то предпринять, и не исключено, что они начнут военные действия против Сербии.
Премьер-министр поднял взгляд от письма. Прошло уже десять дней после убийства наследника австро-венгерского престола и его супруги сербскими националистами в Сараево, и до сих пор все было очень тихо, настолько тихо, что он совершенно выбросил это происшествие из головы. А теперь у него внезапно возникло ощущение, будто споткнулся о камень на дороге. Он поставил стакан на стол и снова принялся за чтение со все возрастающим интересом.
Я усомнился в том, чтобы они замышляли захват чужих территорий.
Посол ответил, что они не желают захватывать территории, поскольку не знают, что с ними делать дальше.






