Сидя на краешке кровати в тишине Пенрос-Хауса с письмом в одной руке, а другой машинально перебирая бусины ожерелья, она прочитала письмо целиком, поначалу вдохновленная возможностью заглянуть мельком в тайный мир высокой дипломатии, затем ошеломленная, а под конец и вовсе немного испуганная как самим содержанием, так и осознанием, что сейчас ни одна женщина во всей стране не знает столько о кризисе.
Она посидела еще пару минут, постигая смысл прочитанного, пока не вздрогнула от удара гонга, созывающего домочадцев на завтрак. Быстро сложила телеграмму и письмо, засунула их обратно в конверт, запихнула его в карман юбки и спустилась по лестнице.
Никто не поднял головы, когда она вошла. Все были погружены в чтение утренних газет: отец, мать, три старшие сестры и их мужья. Племянники завтракали наверху в детской и не должны были появиться раньше середины утра. Венеция подошла к большому столу, тянувшемуся через половину комнаты, присматриваясь к дюжине серебряных блюд с приправленным специями омаром и бараньими ребрышками, яйцами и почками, картофелем и черным пудингом, томатами и грибами, шипящими от жара тоненьких свечей, расставленных под ними.
Внезапно у нее пропал аппетит. Она налила себе чая и взяла с подставки тост, а слуга тут же забрал у нее чашку и тарелку и встал рядом, ожидая распоряжений. Венеция оглядела стол и указала на пустой стул возле матери. Проходя мимо нее, Венеция через плечо матери глянула на заголовки новостей в «Таймс»:
МИР ВЫШЕЛ ИЗ РАВНОВЕСИЯ
ДИПЛОМАТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ РАЗОРВАНЫ
ВОЕННАЯ ЛИХОРАДКА В ВЕНЕ
Взгляд зацепился за заголовок четвертой статьи:
ДЕЙСТВИЯ БРИТАНСКОГО ФЛОТА
Он ничего не рассказывал об этом в своем письме.
Венеция села и спросила, не обращаясь ни к кому конкретно:
– И какие же действия произвел наш флот?
Старший из зятьев Билл Гуденаф, капитан Королевского военного флота, не поднимая взгляда от газеты, сообщил:
– Вчера вечером Уинстон объявил, что собирает вместе Первый и Второй флоты в Портленде.
– Это важно?
– Это облегчает мобилизацию. Но не означает, что мы собираемся вступать в войну.
– А зачем нам нужно облегчать мобилизацию, если мы не собираемся вступать в войну?
– Чисто из предосторожности. Не стоит беспокоиться, – сказал он и продолжил чтение.
Стэнли не были потомственными военными, и родителей Венеции немного смущало, что три старшие дочери вышли замуж за офицеров. Сорокалетняя Маргарет – за Билла, Сильвия – за майора Энтони Хенли из Военного министерства, а Бланш – за Эрика Пирс-Сероколда, коменданта военного училища в Камберли. Намазывая тост маслом, Венеция изучала их лица.






