– Я не смогу остановиться, как в прошлый раз, – сказал он, низко, рычаще. – Их не просто так два, калон. Тот раз был только началом.
– Тот раз был изучением, – ответила она. Ее глаза пылали так же сильно, как его, и она опустила руку между ними, чтобы взять его член. – А этот раз – для меня.
Он не имел ни малейшего понятия, что она пыталась сказать, пока она не направила его в себя.
Стиснув зубы, на этот раз уже он закрыл глаза, пока она водила его концом вверх и вниз по своей мокрой щелке. Боги, как же она была горяча. Так горяча, что согревала его до самой глубокой точки. Он хотел, нет, нуждался в большем. Хотел двигаться в ней, как она его научила. Хотел почувствовать ее вокруг себя, как она будет сжиматься при каждом движении.
И она ответила ему. Качнулась к нему бедрами и опустилась вниз, пока не достала до самой его чешуи.
Они оба ахнули, когда он вошел в нее. Какой же она была узкой. Каждый раз.
– Аня, – прошипел он.
Опершись руками о его плечи, она начала двигаться вверх и вниз.
Она двигалась, прижавшись к нему и выгибаясь навстречу ему бедрами, пока наконец у нее не вырвался протяжный вздох и не присоединился к остальным пузырям. Сияя в свете цветного калейдоскопа, она сказала то, что шокировало его еще сильнее.
– Хочу оба сразу.
Она едва дышала, и он был уверен, что ослышался.
– Оба?
Такого в его народе не делали. Они определенно любили долгий секс. Два были лучше одного, потому что так самка точно оплодотворялась, – по крайней мере, так считалось. Ему просто нравилось, что он мог оставаться с ней дольше, чем любой из человеческих самцов.
– Оба, – повторила она с такой уверенностью, что он не стал возражать.
Только как она собиралась это сделать? Он не знал, что и думать.
Но тут она слезла с него и взяла оба его члена в руку. Они притерлись друг к другу концами – один теплее другого после ее тела. Дайос не мог говорить. Даже дышать не мог. Мог только замереть, пока она крепко сжала его в своей маленькой ручке и прицелилась.
– Аня, может, стоит…
Она опустилась. Сначала только на узкие кончики – с ними было проще, чем с широкой частью.
У Дайоса вырвался долгий вздох, и она посмотрела на него. Ее зрачки были расширены, словно от наркотиков.
– Черт.
Нужно было сказать ей остановиться. Что это было опасно, что она все еще выздоравливала. Но она только что показала ему врата рая, как мог он отказаться от такого дара? И Дайос положил руки ей на бедра, держа их широко разведенными, и вжался перепонками в разгоряченную кожу.
– Надо же, как ты хорошо справляешься, – пробормотал он, едва выговаривая слова в порыве страсти. – Откройся мне.
– Дайос, – всхлипнула она, опускаясь еще ниже, впуская еще больше его внутрь себя.
– Знаю, – прошептал он, подаваясь бедрами навстречу, чтобы помочь ей. – Знаю.






