ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Даже у самого сильного человека в мире есть слабое место! Магни знает, чего он хочет, и привык это получать. Как второй по старшинству в Северных землях, его не волнует, что он выглядит грубым или властным. Просить разрешения или извиняться за свои действия — это удел слабых мужчин. Шесть месяцев назад Лаура была милой и покорной молодой женой Магни. Поддавшись искушению испытать независимость женщин на Родине и научиться боевым искусствам, она сбежала. Теперь она вернулась. Сильнее и увереннее, чем раньше. Полная решимости не позволять мужчине доминировать над собой, даже тому, в кого она когда-то влюбилась и за кого вышла замуж. Есть ли способ для Магни и Лауры снова стать парой с ее потребностью в независимости и его потребностью в контроле? И может ли такой гордый человек, как Магни, преодолеть свой гнев на Лауру за то, что она вообще его бросила?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он только что сказал: «Я люблю Милу?»

Мое сердце бешено колотилось при мысли о том, что Магни мог влюбиться в другую женщину.

— Мила, — повторил он.

Мысленно я представила, что одна из женщин, которых он вчера нес, представилась Милой, и теперь она ему снится. Ревность вонзила нож мне в живот, когда на его красивом лице появилась мягкая улыбка.

Испытывая собственническую потребность в том, чтобы Магни захотел меня, я скользнула рукой вниз по его груди и животу, следуя за дорожкой темных волос, ведущей к одной из моих любимых частей его тела. Используя свою руку, я помассировала его, и ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы возбудиться. Он пошевелился во сне и потянулся. Если бы он мог использовать секс, чтобы заявить на меня права, я могла бы сделать то же самое с ним. Охваченная жгучей ревностью, я оседлала его и скользнула вниз по его эрекции.

Магни моргнул и открыл глаза, зевая и протирая их с выражением удивления и недоверия на лице.

— Что ты делаешь?

Я приподняла бровь, давая понять, что было очевидно, что я делаю, и пошевелила бедрами, чтобы принять его глубже.

— Ах, мило. Вижу, ты согласилась на мои условия, — сказал он и заложил обе руки за голову, как будто собирался насладиться зрелищем.

— На какие условия? — спросила я, опираясь на его сильную грудь, вращая бедрами и наслаждаясь тем, как он растягивает мои внутренности.

— Что нам не нужно спрашивать разрешения.

Я замерла.

Ухмылка на его лице вызвала у меня желание ударить его. Он проговорил:

— Я не припоминаю, чтобы ты спрашивала у меня разрешения пользоваться моим телом. Полагаю, это означает, что ты согласна с тем, что мне тоже не нужно твое разрешение.

Я не учла этого, когда импульсивно оседлала его, и он был прав.

— Эй, куда ты? — Он поймал меня, когда я попятилась. — Ты не можешь начать что-то подобное и не закончить это.

— Мне не следовало этого делать. Я не подумала.

— Посмотри на меня, Лаура. — Взяв меня пальцем за подбородок, Магни заставил меня посмотреть ему в глаза. — Ты знаешь, как это здорово — проснуться и обнаружить, что моя жена скачет на мне верхом?

— Нет.

— У тебя есть мое разрешение делать это так часто, как ты захочешь.

— Кто такая Мила? — Это вылетело из моего рта, и я высвободилась из его рук.

— Кто рассказал тебе о Миле?

— Отвечай на вопрос.

— Сначала ответь на мой вопрос. Кто рассказал тебе о Миле?

— Ты сделал это! — Мой голос звучал обвиняюще. — Ты говорил во сне, и все, что я услышала, было «Я люблю Милу».

Магни нахмурился.

— Я так сказал?

— Да. Так кто же она?

— Просто самая милая, умная, прекраснейшая…

Моя вспышка раздражения была такой же неожиданной для меня, как и для него.

— Просто скажи это!

— Ух ты, я никогда не видел, чтобы ты ревновала. — Магни усмехнулся.