Подумала, оставлю документы под дверью — всё равно там ничего секретного…
Элвина шагнула ко мне. Плащ с эмблемой Стражей чуть сбился с плеча — девушка явно торопилась. Но её лицо было спокойным, и даже слишком — как у разведчика, который только что увидел под ногами «лунную бомбу» и теперь вспоминает, надел ли защитные очки. В её взгляде смешались тревога, упрёк и… любопытство.
Элвина кивнула на моего пленника.
— Кто он?
— Один из поклонников, — буркнул я. — Не выдержал эмоционального близкого знакомства. Решил прилечь.
— Ром!
Я вздохнул и кивнул в сторону двери.
— Давай зайдём.
Я повернул ключ, дверь щёлкнула. Элвина не двинулась с места.
— Я не хочу быть в этом замешанной.
— Поздно, — отрезал я. — Заходи. Раз уж явилась — поможешь.
Она приподняла бровь, но молча вошла в квартиру. Я зашёл за ней, аккуратно прикрыл дверь и с заметным облегчением опустил агента на пол. Тень, обволакивавшая его, ещё клубилась, оберегая добычу.
Квартира встретила нас полной тишиной. Ни скрипа половиц, ни урчания артефактных светильников, даже часы словно приуныли — только мерно покачивали маятником.
Элвина осторожно прошла внутрь, не касаясь стен, словно боялась оставить следы. Подошла к узкому консольному столику у стены и молча положила на него папку с бумагами. Деревянная крышка чуть заскрипела — звук, казалось, разрезал воздух.
— Ты в порядке? — Элвина украдкой осматривала меня, пытаясь понять, был ли я ранен.
— Устал тащить гостя. Остальное — как обычно.
Она уставилась на распластавшегося по мраморному полу человека.
— Он вообще жив?
— Да что ему сделается? Просто качественно вырубился.
— Кто он, Ром? — Элвина посмотрела на тело, и по её лицу пробежала тень. В интуиции Элвине не откажешь — она умела предчувствовать проблемы.
Я закрыл глаза на секунду. Вот и приехали. Можно было бы придумать очередную отговорку. Но Элвина — не та, кому стоило лгать. Прикрыв мне зад столько раз и став моим заместителем, она заслуживала знать, во что влезла. К тому же ей явно передалась семейная проницательность.
— А ты как думаешь? — бросил я и наклонился, чтобы оттянуть ворот куртки пленника. На шее показалась метка.
Элвина замерла.
— Серый орден… — её голос её сорвался, будто воздух стал слишком плотным, чтобы говорить. — Ром… ты… ты не можешь держать его здесь. Это… безумие!
— Рад, что мы сходимся во мнении, — буркнул я. — Только вот я не могу отпустить его.
Она вытаращила на меня огромные зелёные глаза. И впервые с тех пор, как я её знал, в ней не было ни тени уверенности. Только страх. Нет, не паника — она была всё-таки Трейн. Но это был страх тех, кто знает, что бывает с теми, кто переходит дорогу Серому ордену.
— Ром… они его отследят. Они всегда отслеживают. Если ты думаешь, что сможешь просто спрятать его — ты ошибаешься.






