Я смотрю сейчас в глаза Макса и пропитываюсь ощущением, что по-настоящему верю ему. Это ощущение рождается осознанным. Набирает вес и силу.
И когда оно полностью затапливает меня, мне вдруг становится так легко-легко. Будто крылья вырастают за спиной.
– Я тебе верю, конечно, я тебе верю! – шепчу дрожащими губами,– Просто она так сказала…
– Я понял, – Макс улыбается и притягивает меня к себе. Обнимает крепко, целует в щеку.
– Извини,– бормочу, не в силах перестать оправдываться.
– Все хорошо,– уверяет Макс и коротко целует в губы, – Если бы мне Крылов Димка, к примеру, сказал, что вы тайком встречались, я бы вообще тут уже разнес все, – криво улыбается.
– Правда? – смеюсь.
– Да, так что лучше не проверяй, – сильнее сгребает в охапку.
– Ахах, я подумаю, – дразню его.
– Только попробуй, – с угрозой ворчит.
И снова целует в губы. Теперь уже глубоко. Жарко так.
В чувственной неге закрываю глаза, но успеваю мельком заметить каменное лицо садящейся напротив Малевич. Не вижу ее за сомкнутыми веками, но чувствую взгляд, прожигающий мою кожу азотом, пока Макс толкается в рот языком. Это очень странное ощущение, а я не хочу делать что-то напоказ.
– Пойдем танцевать? – отстраняюсь от Максима, рефлекторно облизывая влажные губы.
– М…Пойдем, – он, помедлив, кивает. Встает со стула и тянет меня за собой.
И только тут замечает Любу.
– Привет, – бросает равнодушно и сразу отворачивается, уводя нас в толпу. Подальше от нашего стола.
Мне этого его пустого взгляда оказывается более чем достаточно, чтобы окончательно выбросить Малевич из головы.
Эпилог. Макс
1,5 месяца спустя.
– Вот та-а-ак, – Лида, сосредоточенно хмуря брови, поправляет галстук на моей шее.
Я смотрю на нее сверху- вниз, чувствуя легкое раздражение от непроходящего мандража. И только невесомые как перышко касания женских пальцев к коже на шее хоть чуть-чуть успокаивают.
– Все, идеально, – выносит Душка вердикт, поднимая на меня взгляд и улыбаясь. Ее ладони с воротника рубашки перемещаются ниже, гладя.
– Думаешь, это поможет? – я скептически выгибаю бровь.
– Уверена, – Лида улыбается шире.
– По-моему, меня на этом галстуке и повесят, – ворчу в ответ.
Лида заливисто смеется. Ее мой негативный настрой на предстоящий семейный ужин с ее родней только веселит. А вот у меня полное ощущение, что я добровольно прусь на "избиение младенца", где "младенцем" выступлю я сам. И никакой галстук это не исправит. Даже наоборот. Какой смысл пытаться сойти за серьезного человека, если все вокруг заранее уверены, что ты обыкновенная шпана. И не достоин их чудесной девочки.
– Не драматизируй, Мась. Максимум слегка придушат, – угорая с моего хмурого лица, хохочет Душка. Встает на носочки и целует меня в уголок губ.






