Значит, если речь шла обо мне, они должны были сражаться, а если о них — смиряться. Я сам себе противоречил, — Мард-Риб помолчал. — Я должен был гордиться тем, что они не вступились за меня — они в точности исполнили мои заветы! — сын Яфры устремил взгляд на Кулхугара. — Так что вынужден тебя разочаровать. Легионы твоего господина останутся на Нибиру. Все ваши приготовления были напрасны.
Над золотым диском возникла голограмма Раваны.
— В чём дело?! — воскликнул он, глядя на Масаб-Гаруха. — Портал открыт?!
— Да, састар, — отозвался Кулхугара. — Но боюсь…. — он не находил нужных слов.
Мард-Риб взглянул на Равана и рассмеялся, снова превращаясь в монстра.
— Это ваш Ф’адук-Азамал? Представляю, каким ударом для него станет то, что я изменил решение!
— Несущий Свет запер наши войска на Нибиру, — проговорил Кулхугара. — Всё пропало, састар! Легионы Эреба не попадут на Землю, и наша раса погибнет!
— Что ты несёшь?! — взорвался Равана. — Откуда там взялся Мард-Риб?!
— Прощай, нифилим! — проговорил сын Яры с жуткой улыбкой. — Я ухожу. Вам придётся ждать ещё пять тысяч лет, но боюсь, и тогда я не допущу вас в этот мир. Но вы можете попытаться! — Податель Света рассмеялся, отчего его лицо превратилось в жуткую гримасу. — Впрочем, едва ли ваш народ доживёт до того времени.
— Это невозможно! — в отчаянии заорал Равана. — Кровь взята у всех рас, они не сопротивлялись! Ты не можешь закрыть портал!
На лице сына Яфры отразилось изумление.
— Кровь?
— Да, кровь с частями кода от Врат! — выкрикнул састар.
Мард-Риб расхохотался.
— Наивный глупец! И ты поверил в эту байку? Будто кровь кого бы то ни было способна отворить портал? Это сказака для дураков, Састар, и все ваши усилия были напрасны! Лишь я один, Податель Света, решаю, когда и для кого открыть Красные Врата! А теперь прощайте! — жуткое лицо отодвинулось вглубь портала и начало покрываться рябью.
— Нет! — Ирдегус выскочил вперёд. Его лицо было перекошено от ярости, в глазах стояли слёзы. — Вернись!
— Кто ты? — Мард-Риб снова приблизился. — Что тебе от меня нужно?
— Ты! Ты! — колдун задыхался от гнева. — Лицемер!
— Я признал свою ошибки, — отозвался сын Яфры. — Человечество помиловано. Чем ты недоволен?
— Ты обрёк меня на вечные скитания! И за что?! За то, что я доказал твою двуличность!
— А, это ты, Ямей, предавший меня. Что ж, ты считаешь себя несправедливо наказанным? Разве не взял ты деньги за то, что выдал меня страже?
— Я ненавижу тебя! — выкрикнул Ирдегус, совершенно не владея собой.
— Мне жаль тебя, — проговорил Мард-Риб, меняясь в лице. Секунда — и на колдуна устремила глаза светлая ипостась бога. — И я прощаю тебя. Больше проклятие не будет довлеть над собой. Отныне ты станешь обычным человеком и примешь смерть в свой час.






