— Никогда не слышал о подобных легендах, — заметил Рад.
— Я тоже, — вставил Ирд. — Но продолжай, это интересно.
— Знакомого нам хозяина Кёлтебруна, Грингфельда, Молох создал первым и дал ему власть надо всеми вампирами. Остальных звали Лергус, Ванхорн, Валерио, Майрено и Владислав. От этих оживших по его воле мертвецов пошли кланы вампиров: каждый из них наделал себе Слуг. Так называются носферату, у которых есть Хозяин — тот, кто их создал, — и которые не могут создавать себе подобных, пока сами не станут Хозяевами, что происходит после смерти их создателя.
— Значит, все вампиры из клана Грингфельда — Слуги? — заключил Рад, подумав.
— Именно так, — кивнул Эл. — Во время одной из войн на стороне армии Алкузула выступил клан Валерио. Почти весь он был истреблён, погиб и сам Хозяин. С тех пор уцелевшие носферату сами создают себе Слуг.
— Я читал об этой войне, — сказал Ирд. — Кажется, она была очень опустошительной?
— О, да, — подтвердил Эл. — Погибли миллионы.
— Миилионы?! — поразился Рад. — Неужели так много людей жило на Земле когда-то?
— Намного больше, чем ты способен вообразить, — сказал Легионер.
— А ты откуда столько знаешь? — поинтересовалась Лиина.
— Я тоже участвовал в той войне, — сказал Эл.
— Расскажешь? — спросил Ирд.
— Возможно, как-нибудь потом.
В этот момент ударил сильный раскат грома, полыхнула молния. Лошади снаружи нервно заржали, и людям пришлось выйти из пещеры, чтобы их успокоить. Когда они вернулись, то снова уселись вокруг костра, на этот раз поближе: одежда успела намокнуть, и её надо было подсушить.
Некоторое время все молчали.
— Зачем мы едем туда? — спросил вдруг Ирд. — У нас ничего не выйдет. До сих пор мы гнались за собственными мечтами о том, чтобы стать героями, но герои всегда умирают первыми.
— Ты чего это? — удивилась Лиина.
— Я не хочу ехать дальше! — сказал Ирд угрюмо. — Останусь здесь и подожду вас. Если не вернётесь через две недели, отправлюсь обратно.
— Ты не знаешь дороги, — заметил Рад. — Кроме того, в одиночку ты не сможешь пробраться через Остронордский лес.
— За то время, что мы ехали по нему, никто не напал на нас, — возразил Ирд. — Кроме того, мне страшно. Я не хочу умирать, — он взглянул на Эла, словно ожидая от того понимания. —
Больше
не хочу!
— Оставайся, — проговорил Эл. — Но здесь нечего есть, две недели ты не продержишься. Отправляйся в ближайшие дни.
Все помолчали, но чувствовалось, как по пещере растекается уныние. Тагор встал и расстелил возле стены плащ, собираясь ложиться спать. Рад сидел, сосредоточенно набивая трубку. Сверкнула молния, высветив лица прятавшихся от грозы людей. Порывы холодного ветра бросали в убежище тучи дождя, снаружи вновь испуганно заржали лошади.






