ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Затворник Ричард Монтанари Монтанари Ричард Затворник Монтанари Ричард Затворник Филадельфия, 2015 г. В тот момент, когда черный внедорожник во второй раз проезжал перед домом Руссо, аккуратным каменным колониальным зданием в районе Мелроуз-Парк города, Лаура Руссо наносила последние штрихи на баранью ногу. Это был сорокалетний юбилей ее мужа. Хотя Анджело Руссо каждый год говорил, что не хочет, чтобы кто-то поднимал шум, последние три недели он говорил о рецепте жареной баранины, приготовленном его матерью. Анджело Руссо обладал многими прекрасными качествами. Тонкости среди них не было. Лаура только что закончила нарезать свежий розмарин, когда услышала, как открылась и закрылась входная дверь, услышала шаги в коридоре, ведущем на кухню. Это был ее сын Марк. Высокий, мускулистый мальчик с почти балетной грацией, семнадцатилетний Марк Руссо был вице-президентом студенческого совета своего класса и капитаном своей команды по легкой атлетике. Он положил глаз на забеги на 1000 и 5000 метров на летних Олимпийских играх 2016 года в Рио-де-Жанейро. Когда Марк вошел на кухню, Лаура поставила баранину в духовку и установила таймер. — Как прошла тренировка? она спросила. — Хорошо, — сказал Марк. Он достал из холодильника пакет апельсинового сока и уже собирался его выпить, когда встретил испепеляющий взгляд матери. Он улыбнулся, достал из буфета стакан и налил его до конца. — Сэкономил на четверть секунды мою сотню. — Мой быстрый мальчик, — сказала Лора. «Почему тебе нужен месяц, что

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Затворник

Ричард Монтанари

Монтанари Ричард

Затворник

Монтанари Ричард

Затворник

Филадельфия, 2015 г.

В тот момент, когда черный внедорожник во второй раз проезжал перед домом Руссо, аккуратным каменным колониальным зданием в районе Мелроуз-Парк города, Лаура Руссо наносила последние штрихи на баранью ногу.

Это был сорокалетний юбилей ее мужа.

Хотя Анджело Руссо каждый год говорил, что не хочет, чтобы кто-то поднимал шум, последние три недели он говорил о рецепте жареной баранины, приготовленном его матерью. Анджело Руссо обладал многими прекрасными качествами. Тонкости среди них не было.

Лаура только что закончила нарезать свежий розмарин, когда услышала, как открылась и закрылась входная дверь, услышала шаги в коридоре, ведущем на кухню. Это был ее сын Марк.

Высокий, мускулистый мальчик с почти балетной грацией, семнадцатилетний Марк Руссо был вице-президентом студенческого совета своего класса и капитаном своей команды по легкой атлетике. Он положил глаз на забеги на 1000 и 5000 метров на летних Олимпийских играх 2016 года в Рио-де-Жанейро.

Когда Марк вошел на кухню, Лаура поставила баранину в духовку и установила таймер.

— Как прошла тренировка? она спросила.

— Хорошо, — сказал Марк. Он достал из холодильника пакет апельсинового сока и уже собирался его выпить, когда встретил испепеляющий взгляд матери. Он улыбнулся, достал из буфета стакан и налил его до конца. — Сэкономил на четверть секунды мою сотню.

— Мой быстрый мальчик, — сказала Лора. «Почему тебе нужен месяц, чтобы убрать свою комнату?»

— Никаких болельщиков.

Лора рассмеялась.

«Посмотри, сможешь ли ты найти яйцо в холодильнике», — сказала она. «Я посмотрел дважды и ничего не увидел. Все, что мне нужно, это один для оборотов яблок. Пожалуйста, скажи мне, что у нас есть яйцо.

Марк рылся в холодильнике, передвигая пластиковые контейнеры, пакеты с молоком, соком, йогуртом. «Нет», — сказал он. — Ни одного.

«Никакой мойки яиц, никаких оборотов», — сказала Лаура. — Они любимцы твоего отца.

'Я пойду.'

Лора взглянула на часы. 'Все нормально. Я был в доме весь день. Мне нужно упражнение».

— Нет, не знаешь, — сказал Марк.

'Что ты имеешь в виду?'

«Все мои друзья говорят, что у меня самая горячая мама».

'Они не.'

«Карл Фиоре думает, что ты похожа на Теа Леони», — сказал Марк.

«Карлу Фиоре нужны очки».

'Это правда. Но в этом он не ошибается.

— Ты уверен, что не против сходить в магазин? — спросила Лора.

Марк улыбнулся и постучал по цифровым часам на духовке. «Засеките время».

Сорок пять минут спустя Лора вышла из душа и посмотрела на себя в запотевшее зеркало. Изображение размыли, сгладив все недостатки.

«Может быть, Карл Фиоре прав», — подумала она. Возможно, я самая горячая мама.