ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тринадцатый раз замуж? За герцога? Без проблем! Всё равно на следующий день вернёт в отчий дом. По крайней мере, так думала леди Ариана, в свои двадцать четыре года считавшаяся перестарком, залежалым товаром. Родители уже отчаялись её «сбыть», как на горизонте появился перспективный жених. Тогда почему они уговаривают Ариану вести себя так, чтобы высокородный муж как можно скорее вернул её обратно родителям? Удастся ли ей сбежать от него? Или их ожидает любовь? Пламенная Алла Касперович Тринадцатый раз замуж? За герцога? Без проблем! Всё равно на следующий день вернёт в отчий дом. По крайней мере, так думала леди Ариана, в свои двадцать четыре года считавшаяся перестарком, залежалым товаром. Родители уже отчаялись её «сбыть», как на горизонте появился перспективный жених. Тогда почему они уговаривают Ариану вести себя так, чтобы высокородный муж как можно скорее вернул её обратно родителям? Удастся ли ей сбежать от него? Или их ожидает любовь? Пламенная Алла Касперович 1. Перевернувшись на спину, Ариана закинула руки за голову и сладко потянулась. Спать больше не хотелось, и она открыла глаза. Чудесно за окном пели птицы, а в соседней комнате негромко переговаривались служанки, слова их невозможно было разобрать, но и так было понятно, о чём разговор — весь дом уже неделю занимала лишь одна тема. Ариану она нисколько не интересовала, хотя, возможно, напрасно. Шторы уже успели отвесить, и в спальню заглянули первые несмелые лучи утреннего солнца, сквозь приоткрытое окно воришк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Да и непохожи они на загнанных. Во время очередной коротенькой остановки герцогиня на всякий случай тайком осмотрела их и не нашла, к чему придраться.

— А почему мы в дороге не позавтракали? — спустя какое-то время спросила Ариана. Понемногу к ней возвращался аппетит, и она подумывала сообщить об этом супругу. Он ведь клялся защищать её и оберегать, так пусть защищает и оберегает от голодной смерти. — Время бы сэкономили.

— Что-то мне подсказывает, что тогда ты вообще ничего съесть не смогла бы, —хмыкнул герцог, но всё же достал из корзинки под ногами завёрнутый в холщовый мешочек бутерброд.

— Если я хочу есть, меня ничто не остановит! — заявила Ариана, осторожно, как уличный зверёк, выхватив вожделенную еду.

— Буду только рад, дорогая.

Потихоньку погода портилась. Окна пришлось закрыть, потому что сквозь них начал проникать непривычно холодный для раннего лета ветер. Одним бутербродом Ариана не ограничилась и забрала себе последний кусок сыра. Чтобы растянуть угощение, она отламывала от него по крошечке и отправляла в рот. Смотреть на мужа не хотелось, да и опасно это, а потому она уставилась в окно, хоть пейзаж особо и не менялся. Зелёные поля, редкие деревья, снова поля, рощицы, опять зелёные поля и...

Зелень резко оборвалась, сменившись мёртвой, выжженной травой, сквозь которую проступала высохшая до трещин земля, а иногда, наоборот, вязкая грязь, намекавшая, что туда лучше не ступать. Деревья, шатаясь на ветру, распугивали ворон, и те с громкими проклятиями взмывали в небеса, но упорно возвращались к пустым гнёздам.

— Что? Как это?

Ариана вперила растерянный взгляд в мужа, глаза её расширились, а рот приоткрылся.

— Добро пожаловать домой, дорогая, — усмехнулся Эрик, вот только радостным он отнюдь не выглядел.

7.

— П-погоди! — Ариана мотнула головой, а затем, как маленький ребёнок, потёрла глаза кулачками. Ещё раз и ещё, но странная картинка не исчезала. — Как такое возможно? Мне это снится?

— Увы, дорогая, но нет.

— Но... Как?

Прикрыв веки, Эрик откинулся на подушки, всем своим видом показывая, что в подробности вдаваться не собирается. Впрочем, что он там собирается или не собирается, его супругу сейчас нисколечко не волновало. Она вновь уставилась в окно, затем распахнула его и чуть ли не наполовину высунулась из кареты.

— Что ты творишь! — Герцог вскочил и схватил жену за талию. — Ты же выпадешь! —Рывком он втянул Ариану обратно, и вместе с ней упал между сидениями. К счастью, никто не пострадал — разве что чья-то гордость.

— Точно не сплю, — пробормотала герцогиня, выбираясь из объятий мужа, явно надавив на что-то чувствительное, отчего он охнул, однако дебоширка едва ли это заметила. - Но ка! Но почему?..