Правда? Может быть. В любом случае, это не представляет большой проблемы. В гостевом доме очень уютно.
Коул бросает на меня еще один странный взгляд.
— Что? — требую я.
Он качает головой.
— Ничего. Просто ты кажешься другой.
— В плохом смысле?
— Нет, не в плохом, — он почти улыбается, как будто втайне смеется. — Мне нравится, что тебе не приходится постоянно скрывать свою настоящую сущность. Теперь ты больше похожа на саму себя.
Я вспыхиваю и не могу встретиться с ним взглядом. Его комментарий одновременно смущает и радует меня.
— Я всегда была самой собой.
— Конечно. Но ты держала себя в руках. Раньше ты позволяла мне видеть тебя лишь мельком.
Я понятия не имею, что на это ответить, поэтому меняю тему.
***
Я отлично провожу день, общаясь с Коулом, а затем ужинаю с ним и Брианной. Похоже, он по-прежнему не нравится моей сестре, но она настроена уже не так открыто враждебно, как три месяца назад.
Мы ложимся спать позже обычного, болтая при лунном свете, пока Брианна не встает и не говорит, что устала и собирается лечь спать.
Она многозначительно смотрит на меня.
— Не засиживайся слишком долго.
— Не буду.
Я говорю совершенно серьезно. Завтра у меня еще одна ранняя смена, так что было бы глупо ложиться слишком поздно и весь завтрашний день чувствовать себя разбитой.
Но я еще не совсем готова пожелать Коулу спокойной ночи.
Он, похоже, тоже не торопится. Развалился на другой стороне кованой скамейки, на которой мы сидим, и смотрит на звездное небо. Он выглядит расслабленным. Комфортным. И это заставляет меня задуматься, сколько раз ему удавалось насладиться таким приятным вечером, как этот — в компании, с приличной едой и мебелью, а не на твердой земле.
Наверное, почти никогда.
От этой мысли у меня щемит в груди. Этому мужчине нужен кто-то, кто заботился бы о нем, поскольку он, похоже, не особенно заботится о себе.
— Ты когда-нибудь давал себе передышку? — спрашиваю я в тишине, озвучивая свои мысли без всякой подводки.
Коул моргает и переводит взгляд на меня.
— Что ты имеешь в виду?
— Не знаю. Просто ты потратил все это время на поиски своего брата, а это значит, что ты всегда в движении, всегда в дороге. Ты когда-нибудь позволял себе где-нибудь отдохнуть? Хотя бы ненадолго.
Он слишком долго смотрит на меня, не отвечая.
— Тебя раздражает этот вопрос? — спрашиваю я, гадая, не обидела ли я его случайно.
— Нет. Я думал об этом. Я оставался где-нибудь дольше пары дней, только когда был ранен, или погода была слишком плохой для дороги.
— Разве тебе не нужно иногда отдыхать?
Он пожимает своими широкими плечами.
— Не похоже, что это очень хорошая жизнь. Только и делаешь, что путешествуешь. Никогда не находишь времени для себя.
— Мне не нужно время для себя. Мне нужно найти своего брата.
— Да. Я понимаю, — вздыхаю я.






