— Поля, да подожди же ты!
Он хватает за руку и дергает меня на себя.
— Больно.
Смотрю на покрасневшую кожу. Она всегда была чувствительной. «Королева синяков» — как шутили надо мной в детстве.
— Извини… — Рома снова хватает. На этот раз, чтобы подуть на горящий отпечаток его пальцев.
— Она… Ты…
Какой-то внезапный приступ склероза. Не могу подобрать слова. Похоже, они вылетели из головы вместе с радостью.
— Я хотел с тобой поговорить об этом, — откашливается Рома. — Как раз собирался.
— После свадьбы? — вырывается с нервным смешком.
— Раньше было нельзя. — Жмет плечами.
— Нельзя, потому что все узнали бы, что Алина беременна от тебя?
Я стою перед ним точь-в-точь, как несколько часов назад во время росписи. И с ужасом понимаю, в какую жуткую историю вляпалась.
Тем временем Рома продолжает говорить — пытается оправдаться, разводит руками, кивает на домик, будто это всё не он. Иногда злится и повторяется. Но я даже толком не слушаю.
В мыслях, как на повторе, крутится всего одно слово:
Дура!
А ведь я и правда поверила, что он меня любит. Что спешит со свадьбой, потому что боится потерять. Считала себя избранной — не такой, как все.
Я восхищалась его благородством и нашими невинными поцелуями. Позволяла вешать на уши килограммы лапши!
Клиническая дура!
Сказка про бедную официантку и банкира, который случайно облился кофе, лопается как мыльный пузырь.
Не было никакой счастливой встречи. Не было везения. Возможно, Рома специально пролил кофе на свою рубашку, чтобы я заметила его и попыталась помочь.
— Скажи мне, — облизываю пересохшие губы, — Наш брак — это ширма?
— Отец начал что-то подозревать. Я не мог рисковать Алиной и малышом.
— И сколько ты планировал все скрывать?
Это какое-то безумие. Я словно попала в компьютерную игру, где для игроков нет никаких правил.
— Наш брак на время! Месяцев на пять или шесть. Как только Алина родит и уедет, мы сразу же разведёмся.
— Как благородно с твоей стороны! Как продуманно!
— Поль, не заводись. Ты же знаешь, я тебя не обижу.
Он старается приблизиться, обнять… Совсем как раньше.
— Я ничего о тебе не знаю! — отшатываюсь. — Ещё пару минут назад я считала тебя своим мужем. Чёрт, да я тряслась перед всеми этими гостями. Волновалась, представляя, какой будет наша первая брачная ночь…
— Но мы ведь можем остаться друзьями? — Рома косится в сторону домика. — Тебе не нужно будет возвращаться в свое вонючее общежитие. Сможешь пользоваться моей банковской картой и жить в моей квартире!
Он улыбается, будто предлагает мне луну с неба.
— Оно не вонючее.
Я делаю шаг назад. Слышу свое дыхание — оно рваное, как после марафона.
— Ну прости, не так сказал.
Рома вновь пробует обнять.
— Не трогай меня, — рычу.
Только он не слышит. Тянет к своей груди. Оставляет новые отметины на нежной коже.






