На этот раз никто не собирался ослушаться приказа.
Чего я не ожидала, так того, что мы шагнём прямо в объятия ночи. Забыла о разнице во времени, да и Разум ещё не проснулся до конца.
Как и в прошлый раз, наш отряд ухнул в гущу битвы. Я подняла щиты и заозиралась. Ничего толком не увидела — только вспышки белой и огненной магии, прорывающиеся сквозь бесконечную пелену дождя. Вода стекала по щиту, смазывая и без того нечёткие силуэты. Я ориентировалась лишь на цвет — рядом пылала червонная защита Вероники, и я сделала шаг в её сторону. Я не понимала, зачем я тут нужна, на этой битве, но спорить было не с кем и незачем. Остальные выглядели так, будто прекрасно вписываются в происходящее, даже девочки. И только я ощущала себя неуместно и одиноко в гуще связанных общей целью людей.
Я не знала, что мне делать — в прошлый раз на нас напали мавасы. Сейчас я слышала звуки боя — сдавленные крики, лязг металла, чавканье грязи. Они звучали рядом, но словно не касались меня. Я испуганно замерла по щиколотку в слякоти. Шура уверенно держала щит и шла за отрядом. Я толком ничего не видела — поле боя тонуло в темноте, мешало сияние Света, шумел дождь.
— Левый фланг, наступай! — раздалась команда.
Я понятия не имела, какой мы фланг.
— Минхи, в бой! — голос Джаса я узнала.
Все побежали, и я рванула следом, побоялась отстать от своих. Первой ударила Вероника — алое пламя вгрызлось в полуразложившийся труп небольшого талира. Обнажённые в мёртвом оскале клыки блеснули в свете щита. Мавас нападал беззвучно, не рычал, не бил хвостом, не выгибал тело для атаки, и почему-то от этого становилось только страшнее. Наконец мы с девочками встали в подобие шеренги — спинами к отряду и лицом к махине леса. Из него выскакивали тени, которые я едва различала. Внезапно раздался женский визг. Я вздрогнула, чуть согнула ноги, крепче сжала в руке рукоять меча.
Зачем я здесь? Что я могу?
Из леса выбежал здоровенный скелет медведя, покрытый кусками сгнившей плоти. Я скорее чуяла, чем видела его. Выставила оружие вперёд и пустила сквозь меч луч Света. Туша со свалявшейся шерстью прыгнула на меня. Короткий клинок её не остановил, как и упругий магический щит. Медведь повалил меня на землю, вбил в грязь и упал сверху. Сумка впилась в бок. Меч увяз в его пузе. Запястье пронзило болью, воздух выбило из лёгких, сил не хватило даже закричать. Я ударила дохлую тушу магией, вложила в боевое заклинание все силы, и внезапно ощутила облегчение.
Медведь опал светящимся пеплом, меня обсыпало им с ног до головы.
Я с трудом поднялась на ноги. Бесполезный теперь меч тускло блеснул в руке. Меня насквозь промочило дождём. Стёганый поддоспешник мгновенно набрал воды и придавил весом к земле.
Я стояла пустая, обессиленная, грязная, отчаявшаяся.






