И жениться на ней не надо, и детей иметь не может, и образование получила в лучшем заведении Минхатепа.
— А он? — сипло спросила я.
— В тот раз — отказался. А потом мы разделились… — Лия вдруг виновато посмотрела на меня. — Извини, может, не стоило это рассказывать.
— Тебе не за что извиняться, — хрипло ответила я.
Горло саднило, голос внезапно осип.
— Решено. Тогда оставим его тут, под присмотром. Через пару часов отпустим, — кивнул маг с испещрённой тёмными знаками кожей. — В таком случае отправляйтесь в Минхатеп. И Дельмину заберите, — усмехнулся он.
Когда все двинулись на выход, Даммир наконец заметил меня. Его глаза расширились, вспыхнув Светом, в этот момент к нему подошла Кирита и положила руку на сгиб локтя. Потянулась к его уху и принялась что-то страстно нашёптывать.
Я отвернулась и вышла под проливной дождь. Лия каким-то чудом успела поставить надо мной купол, но мне было всё равно.
— Она это специально… — тихо проговорила русая огневичка. — Вы с Даммиром поссорились? Я знаю, что он тебя искал. И Ирихана расспрашивал обо всех отрядах в Минхатепе.
— Мы не ссорились. Мы расстались. Это другое, — также тихо ответила я.
Внутри жгутом сворачивались обида и боль. Даже говорить это было противно, но отрицать правду глупо.
— Ида! — Даммир догнал меня в паре шагов от злополучного сарая. — Ида, послушай. Остановись на секунду, пожалуйста! Мне столько всего нужно тебе сказать!
— Скажи Кирите. Она с удовольствием тебя выслушает. А мне ты уже всё сказал. Или ты думаешь, что я тут умственной отсталостью успела заразиться и забыла всё, что ты сказал тем утром?
— Ида, я ошибся, — он попытался взять меня за руку, но я резко убрала руки за спину.
— Нет, Даммир. Ты всё сделал правильно. Показал, чего я для тебя реально стою без всей это истинности. Ты мне врал. Я же спрашивала тебя, есть ли у твоих ухаживаний какой-то мотив. Ты сказал, что нет. Ты меня бросил. Оставил одну со всем этим браком и осознанием, что я, видите ли, не та! Не такая, как было нужно! Ты сделал мне больно. Очень больно. Ты знал, как тяжело мне довериться, и всё равно обманул. Скрыл, что брак нельзя расторгнуть.
— Ида, послушай, я совершил ошибку. Я был уверен, что ты — моя пара. Но при этом всё равно жутко боялся ошибиться. Реакция крови была такая, что трактовать в теории можно по-всякому. И когда после нашей ночи ничего не произошло, меня так окатило этим страхом, что я совершил ошибку. Исковеркал обе наши жизни. Я должен был что-то тебе сказать, как-то объясниться. Остаться рядом и делать вид, что всё в порядке я не смог. И молча уйти тоже не смог, хотя такое трусливое желание у меня было. Лучше бы я смалодушничал! Но нет, я решил, что вот теперь-то должен сказать всё, как есть.
— Даммир, не трать силы.






