Как он…
Зачем…
Он что собирается о чем-то со мной говорить? После всего?!
От одного вида его контакта на экране телефона у меня начинается какая-то тихая истерика.
Отключаю мобильный.
— Куда едем? — спрашивает водитель.
А я застываю.
И правда.
Куда?
5
— В центр, — выдаю наконец.
Куда угодно. Лишь бы подальше отсюда.
— Без адреса?
Водитель поворачивается ко мне.
— Да, — выдавливаю с трудом.
В горле ком. Даже этот короткий ответ ощущается гранитным камнем на языке.
— Хотите просто прокатиться?
Киваю.
Водитель отворачивается и переключается на дорогу. Не знаю, сколько кругов мы наматываем вот так. Таксист понимает меня правильно. Больше ничего не спрашивает, просто едет дальше.
Снег падает за стеклом. А я прижимаюсь лбом к прохладной дверце авто. Бездумно наблюдаю, как меняется одна улица за другой.
Машин почти нет. Людей тоже.
Но ездить так часами нельзя.
Нужно что-то думать.
И еще — нужно подумать о ребенке.
Накрываю живот ладонью.
Я так долго мечтала об этом малыше. Так его ждала. И вот наконец — будто чудо. Под Новый год.
Мой ребенок. Только мой. Теперь.
Остальное я должна отбросить. Хотя бы постараться. Потому что если сейчас дам волю эмоциям, всем своим переживаниям, то меня унесет.
Нужно быть сильной. Собраться.
Я подумаю обо всем потом. Когда смогу спокойно думать. А пока… надо понять, что дальше.
Где ночевать. Где жить.
В наш дом не хочется возвращаться. Даже слово «наш» болезненно режет. Меня передергивает моментально.
Там столько дорогих сердцу воспоминаний. И все перекрывается одним. Самым ярким. Ранящим. Последним. Той омерзительной сценой, которую я увидела в кабинете.
Тошнота подкатывает к горлу. Невольно накрываю шею ладонью.
Нужно успокоиться.
Заставить себя успокоиться.
Так настраиваюсь.
Пока что стараюсь отстраненно подумать, куда могу поехать. Вариант на ум приходит лишь один. Квартира, которая досталась мне в наследство от мамы. Свекровь несколько раз предлагала сдать ее в аренду. Заработать.
— Каждую копейку в семью, — отбивается голос свекрови в голове. — Почему твоя квартира закрытая простаивает? Нельзя так. Неразумно это.
В семью. Да…
Вот такая у нас семья.
Теперь я рада, что никаких квартирантов там нет. Значит, сама смогу спокойно туда заехать. А раньше просто не получалось представить, что чужие люди будут жить среди маминых вещей. Вывозить все, выбрасывать, как предложила мне свекровь, я отказалась. Пусть просто стоит. Пусть квартира будет закрыта.
— Столько денег на коммуналку уходит, — сетовала свекровь. — Вер, ну зачем тебе это? Как ярмо на шее. Платишь ни за что. А людей бы пустила, так хоть бы подзаработала.
Мать у Эмира деятельная. Деньги считает умеет.
— Глупо, что не сдаешь. Район-то хороший.
Она постоянно мне об этом говорила. Напоминала.
Глупо? Возможно.






