ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ей 20. Ему 37. И он друг ее отца… Ее секрет Эмилия Грин Ей 20. Ему 37. И он друг ее отца… Пролог Вадим Завьялов Небрежно обмотав полотенце вокруг бедер, я толкнул дверь уборной, сразу почувствовав в доме чье-то присутствие. И тогда я увидел ее. Больше походило на глюки, хоть и выпил я сегодня немного - завтра рано вставать. На моей кровати в тусклом свете луны спиной сидела девчонка. Блондинка. Ее длинные, почти прозрачные волосы рассыпались по плечам под легкой тканью белоснежного сарафана… - Сегодня ты в полном моем распоряжении… - пробормотала незваная гостья, и я чуть не поперхнулся. Я? Даже так. Кровь ударила в виски, в паху резко стало тесно. Сделав шаг, я почувствовал, как влажная ткань полотенца начинает сползать с бедер, продолжая впиваться взглядом в хрупкую девичью спинку. Вот такая романтика, на х** два бантика. Чтобы я всегда так жил… Непослушная девчонка пришла ко мне, потому что захотела, чтобы ей занялся зрелый, опытный любовник. Что ж… Ничего удивительного. Большинство двадцатилетних парней ни черта не смыслили в женском удовольствии. Мальчики с беби фейсами и беби членами. Слова им лишнего не скажи, чтобы ненароком не вогнать в депрессию. «Сосунки, упаковали вещи и пошли в университет учиться!» Девчонке повезло, что я сегодня пребывал в отличном расположении духа, а ещё адски хотел потрахаться - решил уважить смелую девочку, заглянувшую в логово к голодному волку. Поэтому прошу понять и простить мою беспринципность…. Однако, я никак не мог опознать эту нимфу

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вот что она нашла в этом ручном зверьке?

- Жень, - задумчиво произнес я, глядя в четкий профиль сына, после чего, выдохнув дым в сторону, перевел взгляд на тлеющий конец сигареты.

Терпеть ненавидел, когда он начинал эту волынку…

Чтобы у них там не происходило с Александром, подобное поведение я расценивал как слабость, испытывая нехилый такой внутренний протест.

К сожалению, с наступлением совершеннолетия у Женьки мозгов не прибавилось, а многолетние комплексы будто только обострились.

Вместо того, чтобы как нормальный мужик переломить ситуацию в свою пользу, он задыхался от глумливой ревности… Я надеялся, что после нашего переезда в Москву сын, наконец, распрощается со всей этой херней.

Одним словом, повзрослеет.

- Заткни свою неуверенность подальше за пояс, ты ничем не отличаешься от него, - затягиваясь до рези в легких, и тут же выталкивая из себя мощную струю густого дыма, я внимательно посмотрел Жене в глаза, - Тем более, насколько мне известно, у тебя давно нет отбоя от девчонок…

Последние пару лет сын довольно часто приглашал своих баб в один из пустующих домов на базе отдыха, явно они там не пасьянс раскладывали…

- Бать, ты серьёзно? - Женька зло хохотнул, - Воронов с детства живет на Рублевке, а я - в этом Задрищенске! Реально, думаешь, что между нами нет никакой разницы? Знаешь поговорку - «лучше плакать в Порше, чем смеяться в метро», - скривившись, он рубанул кусок колбасы, чуть не оттяпав себе пол пальца.

Вот дурак.

Реально ведь думает, что бабки так много решают для мужика… Если ты по жизни трусливый неудачник, то даже за большие деньги не купишь себе «стержень».

Эх, Женька- Женька…

Надеялся, что хоть в этот раз чуйка меня подведет… Все-таки единственный сын, наследник, на которого я возлагал большие надежды.

- Ты же знаешь, что мы переезжаем в Москву, - я повел плечами в попытке сбросить раздражение.

- Да, знаю - знаю….

- Мы будет жить в том же поселке, где Левицкие и Вороновы, - добавил я сухо.

- В том же? - забегали его глаза, лихорадочно вспыхнув, - Значит, тоже на Рублевке? - чуть ли не с придыханием.

- Ну, типа того… - медленно кивнув, мысленно я снова вернулся к Вере и к нашему завтрашнему свиданию, потянувшись к новой сигарете.

Сука. До сих пор ведь не отпустило…

Стиснув пальцами переносицу, я зажмурился, подавив тяжелый вздох.

Женька что-то базарил, но у меня никак не получалось сосредоточиться на его болтовне, проигрывая в башке все свои извращенные желания, относительно этой сладко-персиковой девочки…

- Бать…

Пауза. Я приподнял бровь.

- Я спрашивал, ты вообще здесь? Где-то все время витаешь…

Прищурившись, я почувствовал, как пепел осыпается на мои пальцы. Горячо.

В этот момент я увидел Веру. Затянувшись, я смотрел на нее сквозь черный дым.