ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ей 20. Ему 37. И он друг ее отца… Ее секрет Эмилия Грин Ей 20. Ему 37. И он друг ее отца… Пролог Вадим Завьялов Небрежно обмотав полотенце вокруг бедер, я толкнул дверь уборной, сразу почувствовав в доме чье-то присутствие. И тогда я увидел ее. Больше походило на глюки, хоть и выпил я сегодня немного - завтра рано вставать. На моей кровати в тусклом свете луны спиной сидела девчонка. Блондинка. Ее длинные, почти прозрачные волосы рассыпались по плечам под легкой тканью белоснежного сарафана… - Сегодня ты в полном моем распоряжении… - пробормотала незваная гостья, и я чуть не поперхнулся. Я? Даже так. Кровь ударила в виски, в паху резко стало тесно. Сделав шаг, я почувствовал, как влажная ткань полотенца начинает сползать с бедер, продолжая впиваться взглядом в хрупкую девичью спинку. Вот такая романтика, на х** два бантика. Чтобы я всегда так жил… Непослушная девчонка пришла ко мне, потому что захотела, чтобы ей занялся зрелый, опытный любовник. Что ж… Ничего удивительного. Большинство двадцатилетних парней ни черта не смыслили в женском удовольствии. Мальчики с беби фейсами и беби членами. Слова им лишнего не скажи, чтобы ненароком не вогнать в депрессию. «Сосунки, упаковали вещи и пошли в университет учиться!» Девчонке повезло, что я сегодня пребывал в отличном расположении духа, а ещё адски хотел потрахаться - решил уважить смелую девочку, заглянувшую в логово к голодному волку. Поэтому прошу понять и простить мою беспринципность…. Однако, я никак не мог опознать эту нимфу

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Склоняясь надо мной, Завьялов провел руками по моим бедрам. Вверх и вниз. Его широкая обнаженная грудь ходила ходуном. Мужчина коснулся резинки моих кружевных трусиков спереди, по-хозяйски запуская пальцы глубже - несомненно почувствовав мою влагу…

- Верочка… - подхватив меня под ягодицы, он хищно усмехнулся мне в губы, когда я обхватила его бедра ногами, намеренно потираясь о теплый бугор.

- Лучше так не делай, иначе я возьму тебя прямо здесь, - Вадим оттянул бретели сарафана вниз, практически оголяя мою небольшую грудь, - Даже лучше, чем в моих больных фантазиях, - и снова этот его жесткий взгляд, будто, не спрашивая, он уже мысленно проделывал со мной это…

Брал. Брал жадно…бескомпромиссно.… алчно… брал так, как не раз фантазировал в своих темных порно-сказках с моим участие. Только теперь все было по-настоящему. Я принадлежала ему, пусть и на смешные несколько часов... Я оказалась полностью, абсолютно, безоговорочно в его звериной власти.

- Поехали, Вера, у нас свидание, - сдавлено прошептал Завьялов, глядя мне прямо в глаза: он транслировал невербальное обещание - скоро… все случится очень-очень скоро… потому что он снова практически утратил контроль, - Поехали, девочка… - мрачно улыбнулся, голодно облизываясь.

Глава 19

Пока мы скакали по лугам и полям, залитым рассветным солнцем, меня буквально трясло от смеси эмоций, чувствуя затылком его прожигающий взгляд, на талии - тяжелую ладонь, будто к телу прикасается оголенный провод.

Внезапно Вадим провел по моей шее своими горячими сухими губами, запуская реальный ток. В сотни. Тысячи киловатт.

Даже хорошо, что он сидел сзади, не видя моего млеющего лица.

Наверняка, выглядела я сейчас как спелая помидорка, то и дело ерзая и прижимаясь к его напряженному животу, неотрывно наблюдая за тем, как загорелая мужская ладонь держит поводья.

Я старалась успокоиться, но все ещё находилась по другую сторону реальности из-за его упругих губ на своей шее.

Все мое существо будто сконцентрировалось на ощущениях, которые они мне дарили, а каждый толчок лошади отдавался глубоко в животе, только усугубляя ситуацию… и безнадежно увлажняя белье.

Я сдавленно дышала, облокотившись на каменную грудь своего первого мужчины, слушала как сильно и ровно бьется его сердце, ощущая горячую тяжелую ладонь на своем бедре.

Он меня так по-мужски обнимал: собственнически и несколько расслабленно, лениво. Будто я уже его. Принадлежала ему. Дыхание Вадима обжигало, смешиваясь с моим. Его губы продолжали неторопливо скользить по моей коже, провоцируя постыдные образы.

Даже думать не хотелось, насколько все это временно…

Тем не менее, каждое прикосновение Вадима, каждое трение наших тел в седле, отзывалось во мне неконтролируемой бешенной дрожью.