Работа не клеилась — он перечитал один и тот же абзац трижды, но так и не понял его смысла. Яркое весеннее солнце призывно заглядывало в его кабинет, чем очень раздражало. Он встал и рывком задернул тёмные шторы. Комната погрузилась в холодный полумрак, идентичный его настроению.
Он снова хотел вернуться к работе, но в дверь постучали, а потом сразу вошли. В Дракадриате подобный трюк могли себе позволить только четверо драконов — Рен, Ролемина, их с Реном мать Родриэна и отец Рабрион. Последнего Растус ожидал увидеть меньше всего. Он думал, что родители уедут из Дракадриата лет на десять точно, а с момента передачи ему короны прошло всего три года. Видимо, его удивление слишком явно отразилось на лице, потому что отец усмехнулся.
— И я рад тебя видеть. Как идут дела? — спросил он, подходя к столу и рассматривая стопку документов.
Растус поспешил встать и освободить ему место. Пусть сейчас он и являлся королём, но у отца опыт правления был куда больше. Рабрион как ни в чём не бывало сел и взял несколько листов в руки. Растус заметил, что лицо отца успело покрыться морщинами за то время, пока они не виделись.
— Всё прекрасно. Сейчас занимаюсь модернизацией финансовой системы. За год успели с Мисти разработать и внедрить реформы в целительство и доработать проекты водопроводной сети. Вскоре надо будет заняться подготовкой к празднику солнцестояния…
— Я не об этом, — спокойно, но твёрдо прервал его Рабрион.
Растус замолчал и опустил голову, словно пристыженный мальчишка. Он точно знал, о чём сейчас пойдёт речь, но говорить об этом не хотел.
— Если бы я считал, что ты не справишься с управлением королевством, то не отдал бы тебе корону. Меня, как и всех здесь, беспокоит твоё самочувствие. Уже почти год прошёл, а ты…
— А я буду искать её до тех пор, пока жив, — резко и упрямо договорил Растус. — Ты бы сделал то же самое ради матери.
Рабрион тяжело вздохнул и посмотрел на него такими же глубокими, как и у него, карими глазами. Он вообще очень походил на отца — и формой лица, и даже цветом волос. Наверное, даже будет выглядеть так же, когда доживёт до его лет.
— Ты, конечно, прав, но это не означает, что тебе нужно теперь похоронить себя заживо, — взвешивая каждое слово, сказал Рабрион. — В последний раз драконы тебя видели ещё на свадьбе нынешнего герцога Шакрата. И то ты покинул праздник так быстро, что многие засомневались в хороших отношениях между тобой и герцогством.
Настала очередь Растуса вздохнуть. Он знал, что ведёт себя недостойно, но ничего не мог с собой поделать. Вид счастливых существ разрывал его на кусочки. После третьего исчезновения Адель он прошёл через все круги ада. Сначала разозлился настолько, что провёл в облике Дракона почти неделю. Затем пришли страх и жгучее чувство одиночества.






