Она читала ему мейлы, СМС, сообщения в Ватсапе и вводила его ответы, которые он просто наговаривал в смартфон. Неизбежно возникавшие при этом ошибки большинство даже не комментировало. В век эмодзи, когда сообщения второпях набирали перед телевизором, за рулем или во время еды, практически никто не обращал внимания на правописание.
– Милан, я не понимаю, зачем мы столько времени это обсуждаем, просто введи, пожалуйста…
Входящий звонок, который сменил меню навигатора на фотографию темноволосой девочки, спас Милана.
– Эй, мама, где ты?
Луиза. Тринадцатилетняя дочь Андры. Девочка в самом расцвете пубертатного периода, увлеченная крав-мага и кикбоксингом. Уже скоро темпераментный подросток сможет ударить так же сильно, как ее мать, в этом Милан был уверен.
– Я еду с Миланом по делам, мы скоро вернемся, малышка. Черри еще там?
Черри была лучшая подруга Луизы, вечно недовольная и неразговорчивая, как считал Милан, но, возможно, тринадцатилетние девочки в принципе не открывали рот, когда сталкивались с полуживыми – какими они, наверное, воспринимали взрослых типа него.
– Да, мы смотрим Ironman[9].
Андра нахмурилась, повернула на Гогенцоллерндамм и показала водителю грузовика, который не дал ей сменить полосу, средний палец. Милан неосознанно выдохнул. Андра приняла решение, вводить в навигатор больше ничего не нужно.
– Разве вы не собирались делать домашнее задание?
– А разве ты не собиралась поставить еду в микроволновку?
Милан не понял, кто из них первым положил трубку, во всяком случае, фото Луизы исчезло, а на его месте снова появился фрагмент карты.
Он ткнул на флажок цели на дисплее, но Андра, как и ожидалось, дала отбой.
– Теперь уже не надо ничего делать. Я выбрала самый короткий путь. Лучше молись, чтобы мы не застряли из-за дорожных работ в районе «Урании».
– А то что? – улыбнулся Милан.
– А то… – Какая-то мысль омрачила лицо Андры.
Сначала Милан решил, она увидела что-то на дороге. Но перед ними краснели одни лишь сигналы торможения, которые отражались на сыром асфальте и тянулись полосами по мокрому от дождя лобовому стеклу.
Андра одарила его быстрой виноватой улыбкой, и у Милана усилилось чувство, что ее что-то беспокоит.
Он понимал, Андру сейчас нельзя торопить. Он знал эти перепады настроения своей подруги, для которых часто не было никакого очевидного повода. Вероятно, она только что подумала о неудачном сеансе парной терапии сегодня утром и о проблемах в их отношениях. Проблемах, которые были настолько большими, что даже не допускали вопроса «а иначе что…» в каком бы то ни было будущем.
«Проблемы, которые создаю я один».
Весь оставшийся путь оба молчали; лишь когда проехали отель «Интерконтиненталь» на Будапестерштрассе, Милан указал Андре дорогу, которую сохранил в памяти.






