Норны слишком много отняли у тебя, и они не остановятся, пока ТЫ их не остановишь.
Я нахмурилась. Помимо друзей, которых я потеряла тогда у бассейна, Норны ничего у меня не забирали. А остановить их так и вовсе невозможно.
— Я не понимаю.
— Не бери в голову. Присмотрись ко мне. К моим волосам. К моим глазам. К моей одежде. Затем закрой глаза и думай только о моём образе. Как только представишь меня мысленно, позволь себе преобразиться, чтобы выглядеть в точности как я. Сосредоточься на том, что нужно изменить. Но не отпускай силу. Она нужна тебе, чтобы трансформироваться.
Я бросила недоверчивый взгляд.
— Так я всё-таки меняюсь?
— Я неправильно выразилась, — нетерпеливо ответила она. — Чтобы мимикрировать. Создать иллюзию. Своими глазами смертной и разумом смертной ты будешь видеть нечто новое, но это всё ещё будешь ты сама.
Притвориться кем-то другим. От одной мысли об этом мне становилось не по себе. Утешало только, что это нужно только на случай крайней необходимости. Я попыталась, но не вышло.
— Ты должна хотеть этого, Рейн, — мягко настаивала богиня. — Как всегда, когда используешь магию. Сосредоточься и пожелай этого всем сердцем.
Ничего не произошло. Раздражённая, я подошла к зеркалу и уставилась на своё отражение, затем закрыла глаза и попыталась снова.
Безуспешно. Кошка Фрейи мяукнула.
— Нет, нет, Бигуль. «Жалкое зрелище» — это слишком жёстко. Она же только недавно узнала о своих способностях.
Она разговаривает со своей кошкой? Я прожгла взглядом зверушку и готова поклясться, та ухмыльнулась в ответ. Никто не может назвать меня жалкой и уйти безнаказанным.
— Подумай о ком-то, кто тебе дорог, — предложила богиня. — О ком-то, чья мимика и жесты тебе настолько хорошо знакомы, что тебе достаточно услышать имя, и образ всплывает в голове.
Посмотрим ещё, кто тут представляет из себя жалкое зрелище. Я закрыла глаза и представила в мельчайших деталях папу. Не так, как он выглядит сейчас, а того крепкого, сильного мужчину, который любит жизнь и обожает свою семью. Я хочу увидеть его вновь.
Мне было слишком страшно открыть глаза и снова увидеть свою неудачу, поэтому я продолжала стоять, зажмурившись.
— Вот видишь? Не так и сложно, — произнесла богиня.
Я открыла глаза и ахнула. В отражении вместо меня был папа. Те же умные глаза, которые я унаследовала, только более карие, чем зелёные. Та же стрижка: покороче на висках и подлиннее на макушке. Я представила его в моей любимой футболке — той самой, что я купила ему перед тем, как он заболел. Я обернулась, с ухмылкой глядя на богиню. Кошка взирала на меня с её рук.
Выкуси, киса.
Животинка просто зевнула.
Я посмотрела в зеркало, но не стала закрывать глаза, переходя к следующему преображению. Мои длинные русые волосы укоротились и стали чёрными и волнистыми.






