ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что если легенды врут?Триада. Когда-то три разных магических существа – ведьма, волк и фея образовали мощную связь, достаточно сильную, чтобы победить в Великой войне и запечатать демонов в Ином мире. Спустя века тварям из ночных кошмаров снова удалось вырываться на свободу. Вот только теперь все иначе. Ведьмы враждуют с волками. Феи высокомерны и заперлись в своем царстве. Достаточно ли угрозы со стороны Иного мира, чтобы объединить их снова?Камилла вынуждена вернуться в родное поместье Манро после долгих лет отшельничества ради собрания ковена, которое устраивает ее отец. Обладая ненавистным даром эмпатии, она способна испытывать весь спектр чужих эмоций. И при этом сама чувствует лишь самою малость. Отголоски. Пустоту. Все меняется, стоит ей познакомиться ближе с вожаком стаи волков. Эдриан Брант другой. Его эмоции иные. Он притягивает. Но он враг. Оборотень. Дикарь. И ей стоит держаться от него подальше.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– И?

Ее рот приоткрывается и закрывается снова. Брови хмурятся. Она делает глоток чая.

– Ничего. – покачав головой, она с досадой ставит чашку на столик. – Вообще ничего. Слишком много переменных. Слишком много решений.

– Но ты ведь всегда могла выбрать наиболее вероятное.

– Да, но не сейчас. – вздыхает она, ее глаза начинают бегать в пространстве, словно пытаются найти нечто неуловимое. – Что-то…что-то изменилось. Феи. Волки. Валери…

– Валери? – мне не удается скрыть потрясения в голосе.

Она уверенно кивает, а затем трясет головой, будто не может решить какую-то сложную задачку.

– Не знаю, почему, но она ключ. Ключ ко всему. Именно ее решения меняют ход событий. Запускают новую и новую цепочку. И все они одинаково вероятны.

Моя сестра.

Как моя сестра, которая зареклась не появляться в этом поместье, которая отрезала себя от всей семьи на целых шесть лет, может быть ключом ко всему?

Это не имеет смысла.

– А если сегодня она все-таки не объявится?

Ева поднимает на меня глаза и замирает. В гостиной повисает тяжесть, и лишь треск камина просачивается сквозь нее.

– Смерть. – будто предзнаменование раздается из уст ведьмы слово. – В таком случае я вижу только смерть.

Что-то внутри меня болезненно опускается от холода и уверенности в ее голосе.

Вот почему отец решил призвать сестру. Он не может рисковать.

Это плохо. Очень плохо.

Стряхнув с себя дурное предчувствие, я спрашиваю:

– Есть ли вероятность, что сегодня все пройдет хорошо?

Выражение ее лица говорит красноречивее любых слов.

Мы по уши в дерьме.

– Что еще ты увидела? И не говори мне, что ничего. Я знаю, как ты выглядишь, когда к тебе приходит видение. Там, когда ты меня обняла, ты еще что-то увидела.

– Я…я не могу сказать тебе, Ками. Прости.

– Но почему?

Ева опускает глаза и качает головой.

– Прости. – шепчет она.

– За что ты извиняешься?..

Осознание накатывает ледяным ветром, проходит сквозь кости, и я вздрагиваю.

– Смерть. – говорят мои губы. – Ты видела мою смерть, да? Единственное, о чем запрещено говорить. – ее глаза блестят, когда она вновь смотрит на меня. – Но ты сказала, что видела смерть всех нас в одной из вероятности.

– Но не обстоятельства. Ты знаешь, я связана клятвой, мне нельзя говорить об обстоятельствах смерти или причине. И к тому же, те смерти…они как переменные. Изменчивы, не точны.

Все эмоции разом сплетаются в узел внутри меня. В теории мы все знаем, что умрем когда-то. Но все иначе, если кто-то, например, твоя близкая подруга знает, как именно ты умрешь.

И судя по ее словам это не изменить. Это не переменная, нечто серьезнее.

– Сегодня? – тихо спрашиваю я, уже зная, что она не сможет ответить. Ева лишь сжимает мою руку в своей.

– Я…не могу, Ками.

К глазам подступают слезы. И мне не удается их сдержать.