ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что если легенды врут?Триада. Когда-то три разных магических существа – ведьма, волк и фея образовали мощную связь, достаточно сильную, чтобы победить в Великой войне и запечатать демонов в Ином мире. Спустя века тварям из ночных кошмаров снова удалось вырываться на свободу. Вот только теперь все иначе. Ведьмы враждуют с волками. Феи высокомерны и заперлись в своем царстве. Достаточно ли угрозы со стороны Иного мира, чтобы объединить их снова?Камилла вынуждена вернуться в родное поместье Манро после долгих лет отшельничества ради собрания ковена, которое устраивает ее отец. Обладая ненавистным даром эмпатии, она способна испытывать весь спектр чужих эмоций. И при этом сама чувствует лишь самою малость. Отголоски. Пустоту. Все меняется, стоит ей познакомиться ближе с вожаком стаи волков. Эдриан Брант другой. Его эмоции иные. Он притягивает. Но он враг. Оборотень. Дикарь. И ей стоит держаться от него подальше.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Как тебе?

На ней темно-синий корсет, того же цвета юбка с вырезом на бедре и массивные черные сапоги на плоской подошве.

– Красиво, в твоем стиле. – честно отвечаю. Эви сияет, кажется, будто она уже забыла о нашем разговоре.

– Ты тоже красиво выглядишь. – улыбается она.

– На мне водолазка и штаны.

– Оооочень сексуально. – подбадривает сестра.

Сексуальной я себя сейчас вообще не чувствую, но все равно улыбаюсь.

– Отец запретил сегодня использовать магию. – жалуется она, подойдя к кровати. – Мы ведьмы, черт возьми. Еще запрети нам дышать.

Ставит одну ногу на кровать и начинает пристегивать набедренную повязку с клинком, при этом оголяет идеально гладкую кожу оливкового оттенка.

– Это из-за фей и волков. – поясняю, рассматривая старые книжки на ее столике. С каких пор она так много читает о магии?

– И к тому же, нельзя только против друг друга. – бормочу, проводя пальцами по старым кожаным переплетам.

– Знаю. – ухмыляется она и опускает ногу.

На ее лице появляется загадочное выражение. А моя стена пропускает целый клубок эмоций, и все они приправлены интересом, желанием и возможно немного развратом.

– Во-первых, барьер, Эви. – напоминаю я, и сестра тут же отгораживается. – А во-вторых, что ты задумала?

Она закатывает глаза.

– Не волнуйся, я буду паинькой.

Что-то неправильное было в этих словах. Словно мы и правда все душили ее, пытались управлять ей.

Нет.

Именно из-за этого она всерьез думает о предложении Нолана. Я и отец. Мы собственноручно толкаем ее в лапы этой семьи.

– Не будь. – вдруг слышу я свой уверенный голос.

Сестра удивленно моргает.

– Будь собой, Эвива. – добавляю, расправляя плечи.

Она вдруг хмурится.

– Но отец…

– Плевать, что говорит отец. Плевать, что говорят другие.

– Ты серьезно? – ее губы растягиваются в улыбке, и эмоции, которые я запихала подальше, дергаются где-то за стеной.

Заглушив все внутри, подхожу к сестре и беру ее за руки. Этот жест не типичен для нас. Но сейчас ощущается правильным.

– Ты прекрасна, Эви, такая какая есть. – заглядываю ей в глаза. – И я не хочу, чтобы ты пыталась казаться кем-то другим.

Она фыркает, уставившись в потолок, но я замечаю слезы в уголках ее глаз.

– Как будто бы у меня когда-то это получалось.

Из меня вырывается смешок, и я крепче стискиваю ее ладони.

– Я поговорю с отцом о твоем наказании. Так не может больше продолжаться.

Ее голубые глаза становятся еще больше.

– Правда?

Я киваю.

– Только при условии, что ты ни за что, ни при каких обстоятельствах не выйдешь замуж за Нолана, договорились?

Она выдыхает с таким облегчением, будто целая гора только что свалилась с ее плеч.

– Спасибо, Ками.

– Я никогда не говорила этого раньше, но отныне, я всегда буду на твоей стороне, Эви.

Ее глаза сужаются в недоверии, внимательно изучая меня.