Но он снова находит своими губами мой рот.
Тепло заполняет грудь, согревая изнутри.
– Я исцелилась. – шепчу я, и тут же отхожу за дерево, разрезая веревки.
– А я чувствовал твой гнев. – отвечает он хриплым слабым голосом.
Его ноги подкашиваются, и он тут же прислоняется спиной к дереву, тяжело дыша.
Он совсем бледный.
– Все что было моим, стало твоим. – говорит он с закрытыми глазами.
– Чем дорожила я, теперь разделяю с тобой.
Подхожу к нему и обнимаю руками его лицо.
– Теперь ты чувствуешь мои эмоции, а я исцеляюсь.
– Слава духам. – он пытается выпрямится, но ноги все равно не держат.
– Потерпи немного.
– Что ты задумала?
Встаю на цыпочки и оставляю поцелуй на его холодных губах.
– Я собираюсь сделать одну из тех безумный вещей, о которых обещала тебе рассказывать.
– Не смей.
– Прости, родной, но мы оба знаем, что в этом моя суть.
Отпускаю его и выхожу к центру полянки, заглядывая в лица сестер. Они обе едва дышат. Но Эви пытается улыбаться, а Вал держится так, будто на ее груди нет никакой рваной раны. Я замечаю, как серый туман собирается у их ног и проявляется везде по всей поляне. Прямо как в Темном лесу.
Нахожу глазами Фина, который смотрит на меня с ошарашенным выражением лица. Калеб лежит на земле, прерывисто дыша. Думаю хрящи его крыльев будут исцеляться так же, как и кости.
Стоит подготовиться.
Опускаюсь на колени, потому что все равно окажусь в таком положении через пару мгновений.
– Камилла, не смей. – хрипло выдавливает Валери.
– И ты туда же. – бросаю я ей, выпуская магию наружу.
– А я вот не против. – стонет Эви. – Только не отключайся снова.
На моих губах появляется улыбка.
– Это не входит в мои планы.
Сестра ухмыляется, и я протягиваю нить к ее сердцу. Затем к сердцам остальных.
Всех разом. Нужно исцелить всех разом.
Пару нитей проникают в землю передо мной.
Отдай боль земле.
С радостью.
Начинаю шептать знакомое заклинание. Боль врывается в мое тело, царапая кости, но не задерживается, проникает под землю. Раны на коже вспыхивают и тут же затягиваются. Раздается хруст, и Эви вскрикивает, выругавшись. Ее кость срастается, отдавая болью в моей собственной голени. Калеб дергает крыльями, которые встают на место. Мои лопатки дергаются в ответ. Валери поднимается на ноги, а к лицу Фина снова приливает кровь. Он стонет и выпрямляется, прижимая руку к животу.
Я чувствую руки на своей пояснице, и вздыхаю с облегчением.
Нити возвращаются обратно.
Эдриан помогает мне подняться на ноги и тут же прижимает к себе, крепко обнимая.
Закрываю глаза и обвиваю руками его талию.
Мы молчим, потому что слов не остается. Он жив. Я жива. А с остальным мы справимся. Вместе.
– Кто-то может объяснить, что здесь только что произошло?
Отстраняюсь от Эдриана и вижу, как Фин рассматривает тела, разбросанные по всей поляне.






