Я ждала, что увижу в его глазах хоть каплю сожаления, но нет — он просто вложил мне в руку свою золотую кредитку.
— Если вдруг понадобится что-нибудь купить.
В тот момент я едва не сломалась, но всё-таки осталась непреклонной.
Я не собираюсь его умолять. Он всегда угрожает отправить меня подальше, но на этот раз он усвоит урок. Я уеду, я хорошо проведу время — надеюсь, — и он ещё пожалеет об этом.
Через полчаса на подъездную дорожку с рёвом въехал старый грузовик с одинарной кабиной. Большой, красный и чертовски шумный.
Отец рассмеялся, заметив моё лицо:
— Уже передумала?
Я нахмурилась:
— Нет. Я готова ехать.
Я схватилась за ручку чемодана и направилась к двери, когда отец выскочил наружу.
— Райан!
Я тяжело вздохнула, и сердце ушло в пятки. Почему я вдруг растерялась? Раздались громкие возгласы, и, выйдя на улицу, я застыла: отец обнимался с моим дядей.
Я приподняла бровь, разглядывая высокого мужчину в выцветших джинсах, клетчатой рубашке и ковбойской шляпе. Он казался смутно знакомым. Заметив меня, он снял нелепо огромную шляпу и ослепительно улыбнулся.
Я перевела взгляд с него на отца. Чёрт возьми, они вообще не были похожи.
— А ты, должно быть, моя маленькая племянница, Мира. Милая.
Я нахмурилась:
— Я не маленькая, дядя. И я не милая.
Он посмотрел на моего отца и рассмеялся:
— Теперь я понимаю, что ты имел в виду.
Я бросила на них ледяной взгляд и, вызывающе направившись к пассажирской двери, бросила:
— Простите?
Они снова обнялись, а отец подошёл к пассажирскому окну. Он наклонился и поцеловал меня в щёку.
— Немного времени вдали пойдёт тебе на пользу.
Я уставилась вперёд:
— Как скажешь, папочка.
Он дважды хлопнул своей большой ладонью по капоту грузовика, как раз в тот момент, когда Райан сел за руль, закинув мой багаж в кузов. Стеклянно-голубые глаза Райана ярко сверкнули:
— Готова?
Грузовик взревел и тронулся. Я кивнула:
— Конечно.
И мы поехали. Трасса на Брентон была почти пустой, лишь несколько редких машин.
Я включила радио:
— Ты не против?
Райан откинул с лба тёмные, чуть длинноватые волосы:
— Нет, включай.
Я заметила пачку «Stuyvesant» и остро захотела сигарету. Пожалела, что не выкурила одну перед выездом.
После лёгкой болтовни Райан посмотрел на меня с любопытством:
— Так что ты изучаешь, Мира?
Я собрала волосы в хвост — дневная жара пробивалась сквозь большие, не тонированные окна старого грузовика.
— Я учусь на бакалавра, но, если честно, сейчас сама не понимаю, чего хочу.
Он кивнул:
— Нормально. Не спеши. Ты ещё очень молода, у тебя есть несколько лет, чтобы определиться.
Я повернулась к нему и улыбнулась. Он не так уж плох. По крайней мере, практичнее моего отца. (И очень красив, я уже говорила?)
— Это так приятно слышать, дядя Райан.






