ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ранним утром хлопья снега кружили в воздухе, опускаясь на водную гладь пруда. Я безмятежно наблюдала, как расстилается розоватый туман и… как умирает моя тетя. Хотите знать, почему не спасла ее? Много лет назад из-за этой женщины едва не погибла моя мать. Меня зовут Фэн Чживэй. Я всегда отличалась волевым характером и острым умом. Поэтому оказалась в самом знаменитом учебном заведении империи — Академии Цинмин. Получила почетное звание ученого и стала приближенной самого императора. На моих глазах во дворце разворачивается настоящая борьба за власть. Но до сих пор в ней не участвовала я… Шаг за шагом я иду к своей цели. Ведь я — феникс, возрождающийся из пепла.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Восхождение фениксов

Тянься Гуйюань

Ранним утром хлопья снега кружили в воздухе, опускаясь на водную гладь пруда. Я безмятежно наблюдала, как расстилается розоватый туман и… как умирает моя тетя. Хотите знать, почему не спасла ее? Много лет назад из-за этой женщины едва не погибла моя мать. Меня зовут Фэн Чживэй. Я всегда отличалась волевым характером и острым умом. Поэтому оказалась в самом знаменитом учебном заведении империи — Академии Цинмин. Получила почетное звание ученого и стала приближенной самого императора. На моих глазах во дворце разворачивается настоящая борьба за власть. Но до сих пор в ней не участвовала я… Шаг за шагом я иду к своей цели. Ведь я — феникс, возрождающийся из пепла.

Восхождение фениксов

Тянься Гуйюань

Пролог

Гибель династии Чэн

Ночь была темна. Слоистые золотые облака быстро летели по небу Серебряная змееподобная молния опалила их края, озаряя бескрайние поля на много ли[1] вокруг.

Мрачная туча сдавила стены города, грозясь пролить ночной ливень.

Тра-та-та!

Внезапный раскат грома наконец разорвал ночную тишину. Молния осветила все вокруг. Небо и земля на мгновение побелели. Мелькнули пугающие силуэты деревьев. Между этими длинными странными тенями, словно падающие звезды, пронеслись несколько еще более темных фигур.

Цингун [2] первого мужчины был несравненным: он передвигался настолько быстро, что его очертания размывались. Казалось, каждый шаг должен обернуться падением. Поза была неустойчивой, и все же, когда, казалось, он вот-вот упадет, мужчина удерживался на ногах. А затем ускорялся и устремлялся вперед с еще большей яростью, не жалея себя и не оставляя возможности на промедление.

Мужчина слегка наклонился — нужно было экономить силы при таком быстром темпе. Обеими руками он крепко прижимал к груди и прикрывал от непогоды небольшой сверток.

Несколько фигур позади него держались на небольшом расстоянии, защищая мужчину. Их цингун был не настолько хорош, частота шагов одинакова. Они двигались единым правильным строем, который и позволял им охранять человека и его ношу. С первого взгляда становилось понятно, что эти люди прекрасно обучены. Первый мужчина, склонив голову и продолжая мчаться вперед, ни на что не обращал внимания, а сопровождающие постоянно оборачивались, словно проверяя, не грозит ли им опасность. Грохочущий дождь заглушал любой шум, но яростный ветер доносил слабые звуки: топот лошадиных копыт, плеск луж, лязг мечей, а также свист длинных кнутов, остервенело подстегивающих лошадей.

Эти звуки приближались к ним, заставляя усталых и измученных людей бежать еще быстрее. Очевидно, то была смертельная погоня, ведь она проходила дождливой ночью по извилистым горным дорогам и густым лесам.