Черная смерть
Влад Эверест
Они летели на международный фестиваль реконструкции, но судьба сыграла с ними злую шутку. Самолет рухнул не в Тихий океан, а сквозь время. Виктор Волков, инструктор спецназа из 2024 года, приходит в себя в ледяной воде у берегов Одессы. На дворе сентябрь 1941-го. У него нет документов, зато есть современная экипировка и смертоносные навыки, которым еще не учат в РККА. Чтобы выжить, ему придется пройти через подозрения НКВД, стать своим среди «черных бушлатов» морской пехоты и встать на защиту обреченного города. Но главная угроза — не немецкие танки. По ту сторону фронта действует другой попаданец, холодный и расчетливый инженер, который намерен переписать историю Великой Отечественной.
Влад Эверест
Мировая в огне. Книга 1: Черная смерть
Пролог. Рейс 815
В салоне огромного «Боинга», разрезающего ночное небо на высоте десяти тысяч метров над чернильной бездной Тихого океана, царила та особенная, убаюкивающая атмосфера дальнего перелета, когда монотонный, низкий гул турбин превращается в успокаивающий белый шум, а специфический запах разогретого самолетного кофе причудливо смешивается с ароматом дорогого парфюма стюардесс. Большинство пассажиров уже погрузилось в сон, накрывшись тонкими флисовыми пледами, но пятеро мужчин, занимавших центральные места в бизнес-классе, выделялись на этом сонном фоне странным, почти лихорадочным оживлением. Это была разношерстная международная компания, объединенная одной всепоглощающей, фанатичной страстью — военной историей. Курс лайнера лежал в Калифорнию, на «Living History» — самый масштабный фестиваль реконструкции десятилетия, где каждому из них предстояло на три дня исчезнуть из сытой современности и прожить их в шкуре солдата своей страны эпохи Великой войны.
Джон Макклейн, бывший полицейский из Оклахомы, человек-гора с широкой, ослепительно белой американской улыбкой, хлопнул по плечу своего соседа, едва не опрокинув пластиковый стаканчик с томатным соком на откидной столик.
— Витя, ты все-таки маньяк. В хорошем смысле этого слова, но абсолютный, законченный маньяк, — пробасил он, выразительно кивая на огромный, туго набитый прорезиненный мешок, что покоился в ногах у Виктора Волкова, занимая все свободное пространство и мешая вытянуть ноги. — Тащить с собой полный комплект советской морской пехоты образца сорок первого года? В ручной клади? Как таможня вообще пропустила этот арсенал через сканеры, учитывая нынешнюю паранойю безопасности?
Виктор лишь усмехнулся уголками губ, любовно поглаживая шершавый бок гермомешка, который, повинуясь профессиональной привычке держать все ценное при себе, не был сдан в багаж.






