ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Капитану полиции Егору Фомину не везет. Его карьера в уголовном розыске буксует, начальство ругает, а девушки обходят стороной. Но все меняется после случайного инцидента. Экспериментальный искусственный интеллект вселяется в мозг Егора. Теперь в его голове живёт цифровая девушка Иби — умная, ехидная и чертовски полезная. И вместе они раскроют больше, чем весь отдел. Вот только начальник и кадровик, во что бы то ни стало хотят избавится от Фомина. Оперативник с ИИ Рафаэль Дамиров Капитану полиции Егору Фомину не везет. Его карьера в уголовном розыске буксует, начальство ругает, а девушки обходят стороной. Но все меняется после случайного инцидента. Экспериментальный искусственный интеллект вселяется в мозг Егора. Теперь в его голове живёт цифровая девушка Иби — умная, ехидная и чертовски полезная. И вместе они раскроют больше, чем весь отдел. Вот только начальник и кадровик, во что бы то ни стало хотят избавится от Фомина. Оперативник с ИИ Глава 1 День начался резво. В метро была какая-то поразительная даже для этого времени дня толкучка. Люди перли, набиваясь как сельдь в бочку, кто-то наступал на ноги, кто-то толкал локтем в рёбра. Когда вырвался на поверхность, расслабиться не успел — сзади, свистнув, как пуля, пронёсся самокатчик. Пролетел в паре сантиметров от плеча. Уже подходя к работе, получил контрольный в голову: машина прошла по луже, не сбавляя скорости, и щедро окатила меня мутной жижей с ног до головы. Я, конечно, плюнул ей вслед и махнул кулаком, но суше от это

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Другим коллегам за такой внешний вид давно бы сделали втык и отправили к кадровику на воспитательную беседу. Но начальник кадров, который бдил за всеми пуговицами и ботинками сотрудников так, словно больше заняться ему было нечем, почему-то Лилю упускал.

Лиля — девка видная во всех смыслах этого слова, и эту видноту за одеждой она не прятала. А тут вышло, что и у меня почти совсем ничего не спрятано.

— Ой, — отреагировала она, — ты, я смотрю, занят.

И взгляд её задержался на моей тушке. Причём бессовестные глаза не спешили отрываться и уходить в сторону, как требовал бы политес.

— Вообще-то я переодеваюсь, — буркнул я.

— Ой, да ладно, чего я там не видела, Фомка. Тоже мне Тарзан, — усмехнулась она. — Я тут бумажки принесла, отдельное поручение по краже.

Грациозным жестом руки, с наманикюренными до блеска кокарды пальчиков, она кинула на стол служебные документы и не стала задерживаться. Но потом, уже выходя, Лиля обернулась и бросила через плечо:

— Тебе бы, Егор, подкачаться чуток.

— Чего?

Я фыркнул и прошипел ей вслед:

— Иди уже, Короткова.

Та упорхнула, оставив за собой запах духов. А я поймал себя на том, что что-то во мне собиралось чуть ли не прямо сейчас ринуться в спортзал и схватиться за гантели. Мысль была дурная, и я быстро её отогнал.

Да ну, ради кого? Ради Коротковой? Да по ней весь отдел слюни пускает. Я что, как все? Хотя вот если подкачаться… Впрочем, уж лучше Синица в руках, чем Короткова в небе.

Синица — это была наша молоденькая дознавательница. Вера Синицына. Тоже недавно после Академии МВД. Серенькая, тихенькая, не замужем, но за невесту её как-то не принимали, никто не ухлёстывал. И мне, если признаться честно, тоже особо не хотелось. Я представлял своё будущее с кем-то средним между Анжелиной Джоли и Дженнифер Лопес. Мечтать не вредно…

Жаль только, что я не Ален Делон, а оперуполномоченный уголовного розыска.

Переодевшись, наконец, в форму, я поспешил в актовый зал. Там, на мое удивление, уже шла какая-то непонятная презентация, и проектор высвечивал на экране диковинные схемы.

Я сунул голову в приоткрытую дверь, прислушался. А может, ну её в баню, эту планёрку? Никто ж не заметит отсутствие Егора Фомина, это если я сейчас зайду, то все увидят — вот он, явился, опоздашка-слоупок. Я уже хотел было развернуться и уйти, но внимание привлёк скрипучий голос спикера.

Он вещал о некой программе с элементами искусственного интеллекта, которую планируют внедрить в систему МВД. Я про себя вздохнул — всё время на нас хотят что-то испытать. Улучшить, углубить, расширить. Но дослушать всё-таки захотелось.