Вы бы все меня лучше узнали, если б случилось нам прожить подольше где-нибудь не праздно, но за делом… Тогда бы и мне, и Вам оказалось видно, чем я должен быть относительно Вас. Чем-нибудь да должен же я быть относительно Вас. Бог не даром сталкивает так чудно людей. Может быть, я должен быть не что другое в отношении Вас, как верный пес, обязанный беречь в каком-нибудь углу имущество господина своего. Не сердитесь же. Все же отношения наши не таковы, чтобы глядеть на меня, как на чужого человека».
Мы не знаем, ответила ли на это письмо Нозинька, но переписка между ними прекратилась. Виельгорская вышла замуж за князя Шаховского.
Третьей женщиной, с которой Гоголь мог бы связать свою жизнь, была его кузина – Мария Николаевна Синельникова. В 17 лет ее выдали замуж за зажиточного помещика, но супружеская жизнь не задалась и окончилась разводом. Мария Николаевна жила в своем имении Власовка недалеко от Харькова и вела довольно активную светскую жизнь. Она полюбила Николая Васильевича, а он проявлял к ней «истинно братское сочувствие». Они длительное время переписывались, и уже совсем незадолго до смерти Гоголя между ними возникло нечто вроде романа… Но совсем как Ганц Кюхельгартен, герой его первой поэмы, Гоголь предпочел мистические грезы любви земной женщины. Мария Николаевна до самой кончины носила траурное кольцо, надпись внутри которого гласила: «Сконч. Н. Гоголь, 1852 г. фев. 21».
Оптина пустынь и не только
Гоголь мечтал о том, чтобы совершить путешествие по всей России, от монастыря к монастырю, ездя по проселочным дорогам и останавливаясь отдыхать у помещиков. Свой замысел он частично осуществил.
Из монастырей особенно понравилась ему Оптина пустынь на реке Жиздре, за Калугою. Гоголь, приближаясь к ней, прошел со своим спутником до самой обители, версты две, пешком. На дороге встретили они девочку с мисочкой земляники и хотели купить у нее ягоды; но девочка, видя, что они люди дорожные, не захотела взять от них денег и отдала им землянику даром, отговариваясь тем, что «как можно брать с странних людей деньги?»
– Пустынь эта распространяет благочестие в народе, – заметил умиленный Гоголь.
«Я заезжал на дороге в Оптинскую пустынь и навсегда унес о ней воспоминание. Благодать видимо там присутствует. Это слышится в самом наружном служении, хотя и не можем объяснить себе, почему. Нигде я не видал таких монахов. С каждым из них, мне казалось, беседует все небесное», – писал он графу Толстому.
Особенно сильно приковывали к себе внимание Гоголя старцы Моисей, Антоний и Макарий.
Старец Моисей был игуменом монастыря, Антоний – начальником скита, а Макарий – простым иноком. Все трое были людьми исключительных нравственных достоинств.
Всем, кто нуждался в их помощи, никогда не было с их стороны отказа.






