Оба Смотрящие, оба командовали своими людьми, оба отвечали перед Господином напрямую. Но это только внутри организации. В обычной жизни, на официальном уровне, Залесский оставался дворянином. А Игнат был никем — бывшим гвардейцем, которого выкинули со службы за излишнюю жестокость и импульсивность.
И Андерсон всегда это помнил. Всегда ценил Лесника чуть больше и доверял ему охотнее.
— Господин, — голос Игната охрип. — Северский положил моих людей. Моих!
— Знаю.
— Он унизил меня на глазах у всего рынка!
— Знаю, — повторил Андерсон, и в этом коротком слове было столько холода, что Игнат невольно замолчал. — И именно поэтому ты не будешь за ним охотиться. Ты слишком зол, слишком лично это воспринимаешь. А личное в нашем деле ведет к ошибкам. Или ты до сих пор не понял этого?
Он вернулся к своему креслу и сел, положив руки на подлокотники.
— Залесский подойдет к этому профессионально, — продолжил Андерсон. — Он хочет отомстить за племянника, но не настолько, чтобы потерять голову. А ты… ты уже ее сегодня потерял. Вот это и было унизительно.
Игнат стоял неподвижно, сдерживая клокочущую внутри ярость. Каждое слово хозяина было для него как удар под дых.
— Ты свободен, — Андерсон махнул рукой. — Займись складами. И постарайся в этот раз не разочаровать меня.
Игнат молча поклонился и вышел из кабинета. В коридоре он позволил себе несколько секунд постоять с закрытыми глазами, сжимая и разжимая кулаки.
Залесский… Лесник получит Северского. Получит право на месть, которая по всем законам принадлежала ему — Игнату.
И все потому, что в глазах Господина какой-то жалкий дворянин всегда будет стоить больше, чем верный пес.
Читать продолжение тут






